— Молчат, как воды в рот набрали! — пожаловалась Лили коллеге-Ткачихе. — Нет бы поделиться секретом!
— Тогда секрет перестанет им быть, — улыбнулась женщина с четырьмя глазами. — О чем речь?
— Да о целебном зелье. Мне удалось узнать, что там замешаны модификанты Генома Рык и камни Роста…
— Я мало слышала об этом, могу лишь предполагать…
— Предположения тоже интересны! — загорелась Лили.
— Скорее всего, в зелье используется кровь Рыка во время активации его способности регенерации. Насколько мне известно, чем хуже состояние Рыка, тем сильнее действует способность.
— То есть надо довести Рыка до предсмертного состояния, чтобы его кровь получила максимальную целебную силу?
— Наверное, — дернула плечом Ткачиха.
— Звучит неприятно для Рыков. Это ведь жестокое обращение с животными, ку-хе-хе!
— Злой у тебя юмор, Лили. Да, наши Рыки жаловались… В любом случае их кровь еще надо как-то очистить и смешать, но такие тонкости мне неизвестны. А если бы и были известны, то разглашать их мне бы точно не разрешили.
— Ильюшеньке придется поработать дополнительно. За себя и за Машу. Не будем же мы мучить бедную девушку! — размышляла вслух Шильман.
— У вас есть двое Рыков? — удивилась коллега по ткацкому бизнесу. — Напомни, сколько у вас всего жителей вместе с Иммунными? Неужели так часто редкие Геномы появляются? Или вы их на стороне вербуете?
— Секрет фирмы, ку-хе!
— Ну вот, а сама же не делишься важными сведениями, когда они касаются твоего поселения! — фыркнула Ткач.
— Двойные стандарты — наше все!
Помимо налаживания отношений, Лили приходилось внимательно следить и за несносным зеленым существом в пиджаке. По крайней мере Карла было легко обнаружить в толпе — не только из-за размеров с ростом, но и по насыщенному костюму цвета спелой листвы. Ткачиха порадовалась, что выбрала такой сочный оттенок. Толстяк так и норовил утянуть в свое логово очередную девицу с редким Геномом. Шильман знала его похотливое нутро шантажиста, как свои четыре глаза. Кое-как удалого молодца получилось отвадить от бедняжки Ректора, которая казалась рядом с ним крохотной мышкой перед гигантским удавом. Нет, такую лапочку-стесняшку стоило определенно защитить от посягательств Пробудившегося. Тем более самой Лилии конкуренты не нужны. Чем больше голодных ртов, тем меньше модификаторов достанется Ткачихе.
Рей отправилась на вольные хлеба, Сова не торопилась, Диана продолжала воротить нос, ну а Настя была слишком мала, так что здоровяк оказался в полном распоряжении Ткачихи, чем она активно пользовалась. Текущее положение сразу же принесло солидные плоды в виде ценных модификаторов. Впрочем, расслабляться не стоило. Сумрак обладала теми невинностью и обаянием, которые сама Шильман подрастеряла уже, ну а Соболева могла затмить практически любую своей зрелой и пошлой заячьей сексуальностью, плюс умело держала Веснина на расстоянии, распаляя его желание. Если бы она это делала специально, Лили бы даже похвалила Диану за превосходные умения обольстительницы, но, кажется, такой вот характер сложился у взбалмошной преподавательницы сам по себе. Впрочем, после ночи с Карлом порой приходили в голову мысли о том, что неплохо бы вернуть напарницу. Рей много не требовала, зато утоляла непомерный аппетит Пробудившегося. Придется теперь бедной хрупкой паучихе справляться самостоятельно. В общем, глаз да глаз за Карлом нужен, благо что у Ткачихи этих самых глаз хватало.
Многие важные вопросы решались во время перекуров снаружи. Лили не любила табачный дым, однако для налаживания связей приходилось мириться с неудобствами. Ткачиха порой покидала основной зал и навязывалась к различным группам. Если ее явно не желали видеть, она не настаивала. Во дворе паслось множество модификантов из различных поселений. Некоторых из них удалось разговорить, выудив ценные сведения, хотя в большинстве своем они предпочитали отмалчиваться.
С окна второго этажа Лили приметила одинокую персону, стоявшую за разросшимися кустами с сигаретой. Из-за камуфляжной военной формы разглядеть его было непросто. Ткачиха заинтересовалась одиночкой, ведь Вояки всегда кучковались группами. С этой братией разговор у Лили не клеился от слова совсем. Причина понятна: последняя кровавая стычка унесла жизни многих солдат.