Опасливо косясь на мальчишек, проносившихся мимо с криками и гиканьем, он обогнул здание и оказался на заднем дворе театра, в заросшем травой скверике с фонтаном, который давным-давно не работал, с пересохшим бассейном. А Тильвус еще помнил, как лет десять назад в жаркие дни сюда бегала купаться детвора из соседних домов-высоток: бассейн был неглубоким и теплым.
В сквере великий маг встречался с приятелями. Он заметил их издалека – вначале Сидора, а потом Серегу. Сидор, пожилой, с загорелой лысиной и висячими усами, похожий на Тараса Бульбу, происходил от крестьянского рода, а потому был человеком основательным и степенным. Подвыпив, любил рассказывать, какое огромное и замечательное хозяйство было у его деда в деревне, пока семейство не раскулачили. Серега был молод и общителен, однако о себе старался много не рассказывать. Сидор, знавший его довольно долго, сообщил как-то, что Серегу выгнала из дома сестра: во-первых, пил не просыхая, а во-вторых, норовил по пьяной лавочке стащить все, что плохо лежит. Словом, приятели рассказывали о себе мало, а лезть в душу Тильвус не любил.
Он спустился по ступенькам к фонтану и тут же заметил, что дело неладно.
Серега, матерясь, перевязывал ногу грязной тряпкой.
– Чего это с тобой? – поинтересовался Тильвус, кидая в траву полиэтиленовый пакет с найденной по дороге бутылкой. – Конкуренты покусали?
– Не… Нарвался тут на придурка одного, – проговорил Серега. – На бульвар спускался, а там в переулке видел – дом элитный построили? Для богатых?
Маг кивнул. Этот дом, настоящее произведение искусства, с башенками и арками, он, конечно, знал и старался обходить десятой дорогой, до того неприветливые люди там жили и такие свирепые охранники сидели возле подъезда, охраняя и дом, и сверкающие дорогие машины с тонированными стеклами, припаркованные на стоянке.
– Ну, шел мимо, – продолжал Серега, морщась. – Дай, думаю, угол срежу, по двору пройду. Сначала охранники привязались: оказывается, частная территория это, заходить нельзя. А потом один из жильцов вышел с собакой погулять. Такой кормленый, весь в цепях…
– Кто? – уточнил Сидор. – Кто кормленый и весь в цепях? Мужик, значить, или пес?
– Оба! – сердито ответил Серега. – Кобель у него здоровый, небось одно мясо жрет. Зубы – в три ряда!
– И что? – спросил Тильвус, уже догадываясь о дальнейших событиях.
– Мужик меня увидел, собаку с поводка отстегнул. «Возьми, говорит, его, Бобик!» Ну, тот и взял.
Серега поморщился.
– Сволочи… мимо пройти нельзя… что им, жалко, что ли? Как еще живой остался… Кобель-то с ног меня сбил и давай возить!
Тильвус отодвинул Сидора в сторону и присел на корточки.
– Погоди-ка, дай глянуть, – проговорил он. – Ты, Серега, тряпку эту грязную выкинь, на перевязку она не годится.
Он поглядел на рваную рану и сосредоточенно сдвинул брови.
– Здорово Бобик тебя отделал…
Тильвус задумчиво пожевал губами. Судя по всему, собака была немаленькая… размером чуть ли не с волка.
В памяти всплыли картины далекого прошлого: сумрачный лес, влажный воздух, пахнущий прелыми листьями, чье-то растерзанное тело и серая тень оборотня, бесшумно скользнувшая в мокрые кусты. Тильвус потратил немало времени, выслеживая осторожное существо, но, в конце концов, настиг. Оборотень пытался защищаться, но Вечный Странник не оставил ему ни единого шанса. Человек-волк погиб, и меч тут же вобрал в себя его душу.
– Черт, черт! – пробормотал Тильвус, осматривая рану. – Эй, Сидор! Есть чем перевязать? Чистое что-нибудь?
Тот развел руками.
– В больницу тебе надо, Серега, – озабоченно сказал маг. – Рваная рана – дело серьезное, загноится – пиши пропало! Ишь, как он тебя хватил. Зашивать надо. Давай в хирургическое отделение отведу, здесь рядом, на площади.
Но Серега отказался наотрез.
– Только не в больницу! Туда зимой хорошо ложиться, тепло и кашей кормят. А летом какой же дурак в палате сидеть будет? Да и врачи все в отпусках.
– Заражение будет, – увещевал приятеля Тильвус. – И укол от бешенства сделать надо.
– Взбесишься, Серега, – басом поддержал Сидор. – Нас, это самое, всех перекусаешь.
Но Серега только мотал головой.
– Ладно, – сдался Тильвус. – Но хоть перевязку надо сделать. Аптека недалеко, напротив музкомедии. Я сейчас быстренько смотаюсь, бинты куплю и йод.
Он торопливо пересчитал скудную наличность.
– Слышь, Сидор, – окликнул он приятеля. – У тебя деньги есть?
– Найдутся, – солидно ответил тот, шаря в карманах. – Есть, значить, как не быть!
Он протянул Тильвусу мятую купюру.
– Я тебе отдам потом, – пообещал великий маг. – За мной не заржавеет, сам знаешь.
– Сочтемся, – степенно проговорил Сидор.
Тильвус сунул деньги в карман.
– Я в аптеку, Серега. А ты тут лежи, вставать – ни-ни! Я скоро!
Тильвус топтался на обочине, выбирая момент, когда можно будет сигануть на другую сторону дороги. Бежать через проезжую часть следовало быстрее бешеного гоблина: машины неслись сплошным потоком, и никто из водителей даже не думал притормозить на пешеходном переходе. Потому-то переход через улицу напоминал игру в кошки-мышки: проскочил – молодец! Не успел – ну, извиняй, друг! Шустрей на дороге надо быть!
Наконец Тильвус оказался все же на тротуаре, перевел дух и вытер пот со лба. Он миновал старинное желтое здание пожарной охраны и, шаркая тапками, спустился по истертым каменным ступеням вниз: аптека находилась в полуподвале. Маг потянул на себя тугую дверь, открыть ее удалось только со второй попытки. Внутри оказалось тихо и прохладно, приятно пахло лекарствами, негромко гудел кондиционер. Посетителей не оказалось. Великий маг потоптался на пороге и нерешительно двинулся вперед. Охранник окинул его брезгливо-неприязненным взглядом и снова уткнулся в газету. Тильвусу захотелось поскорее обратно на улицу, но он вспомнил про Серегу и отважно двинулся к кассе.
В стеклянной кабинке сидела скучающая полная дама в белом халате и полировала ногти.
– Что вам? – нелюбезно спросила она, не отрываясь от увлекательного занятия. – Спиртовую настойку, наверное? Боярышник кончился. Остался один элеутерококк. Будете брать?
– Я… не… – просипел великий маг, косясь на охранника. – Нет, настойку не надо. Упаковку бинта мне. И вату. И еще йод и перекись водорода.
Аптекарша вздохнула, отложила пилку для ногтей и неторопливо прошла за прилавок.
– Подрались, что ли? – равнодушно спросила она, копаясь в коробках.
– Собаку на приятеля натравили, – сообщил Тильвус, откашлявшись. – По бульвару он шел, там, где дом элитный. А кто-то из жильцов во дворе с собакой гулял. Ну и… порвала сильно и ногу прокусила.
– К-козлы, – процедила дама, выставляя товар на стеклянный прилавок. – Понастроили элиток этих… Сейчас посчитаю, сколько с вас.
Зажав деньги в кулаке, Тильвус с тревогой следил за колонкой цифр в окошечке кассы.
– У меня не хватит. – Он положил мелочь на блюдечко и прикрыл мятой купюрой. – Извиняюсь, конечно… йод и вату не надо.
Дама снова вздохнула.
– Берите. – Она придвинула сверток Тильвусу. – Чего уж там. Не разорюсь я на вас.
Через минуту маг уже снова был в скверике возле театра.
Он разложил медикаменты на траве, открыл бутылку с перекисью водорода, разорвал упаковку бинта и принялся за перевязку. Сидор, наблюдал за Тильвусом, прихлебывал из бутылки теплое пиво, чинно вытирая после каждого глотка длинные усы.
– Ловко у тебя получается, – заметил он. – Учился, это самое, что ли, где-то?
Тильвус задумался. В памяти почему-то всплыл разговор с Тиссом, и маг тряхнул головой, отгоняя воспоминания.
– В медучилище, – соврал он. – Давно.
– Выгнали? – сочувственно поинтересовался Серега. – Сидор, дай пивка глотнуть, в горле пересохло!
Тот неторопливо обтер горлышко бутылки рукавом и протянул приятелю.
– Выгнали, – кивнул великий маг.
Он закончил перевязку и сел в тенек.
– Жаль, что фонтан тут не работает, – сказал Тильвус с сожалением. – Одежонку бы простирнуть не мешало. Да и помыться.
Сидор развалился на траве и заложил руки за голову.