— Дима! — крикнул он водителю. — Сделай так, чтоб мое окно пришлось на окно водителя…
В этот момент ж и г у л ь ударил в правый борт м о с к в и ч а, и шофер, стараясь смягчить удар, машинально выскочил на встречную полосу.
Идущая с противоположной стороны машина едва увернулась от лобового удара.
— Сучья морда! — выругался Станислав Гагарин. — Пришмандовка…
Но как ни ругайся, а п и д о р прижал их к разделительной черте и не давал уйти на свободу, тем более, что ж и г у л ь лучше маневрировал и быстрее набирал скорость.
Только теперь, когда враждебный автомобиль маячил перед глазами меньше чем в метре, сочинитель рассмотрел, что стекла на нем зеркальные, через них ничего не увидишь, отражается лишь корпус попавшего в беду м о с к в и ч а.
Собственное стекло Станислав Гагарин уже опустил, напряженно всматривался он в переднюю дверцу противника, к которой приближалось его окно. Револьвер ч е м п и о н он держал до поры на колене, стискивая рукоятку правой рукой.
И когда его открытое окно поравнялось с зеркальным стеклом передней левой дверцы, Станислав Гагарин что есть силы ткнул по нему стволом.
Стекло разлетелось с первой попытки.
Сочинитель обомлел.
Он готовился увидеть за рулем хорошо знакомую о т в р а т н у ю морду, но морды председатель не обнаружил.
Сквозь разбитое стекло глянуло на Станислава Гагарина гнусное свиное рыло. Нет, это не была розовая и добродушная мордочка веселого Хрюши или достойная голова почтенной Хавроньи.
За рулем громоздился безобразный худющий и хищный х р я к с двухдюймовыми клыками, с которых капала желто-зеленая пена. На втором сиденье еще один монстр козлиного — дьявольского? — обличья. Впрочем, пассажира-сообщника писатель рассмотреть не успел.
Не задумываясь, выхватил писатель револьвер и дважды выстрелил в свиное рыло.
— Гони! — крикнул председатель Товарищества Диме.
М о с к в и ч рванулся что есть сил, сразу оставив монстров позади. И тут же возник невесть как оказавшийся на кольцевой трассе зеленый бронетранспортер. Он подался чуть вправо, освобождая им дорогу, и едва м о с к в и ч обошел БТР, тот закрыл массивным корпусом свободное пространство и резко затормозил.
Что происходило за кормой бронетранспортера, ни водитель, ни его шеф видеть, разумеется, не могли. Но оба они чуть ли не физически ощутили, как преследовавший их ж и г у л ь со всего маху врезался в стальное тело боевой машины.
Вновь они увидели БТР, когда вышли на развилку, с которой можно было повернуть на совхоз «Горки Вторые», на Одинцово или ехать прямо — на Власиху.
Бронетранспортер, невесть как опередивший наших героев, как ни в чем не бывало стоял на обочине.
— Тормози, — сказал писатель водителю.
Едва Станислав Гагарин вылез из машины, с бронетранспортера спрыгнули два мужика в танкистских шлемах и пятнистых десантных робах, направились к председателю.
— Придется вас всюду на этой к о р о б к е сопровождать, — вместо приветствия сказал тот, что был высок рос том.
Он снял шлем и оказался писаным красавцем, брюнетом с голубыми глазами, мечтой всех, наверное, женщин.
— Охотятся на вас, партайгеноссе письме́нник, — проговорил второй десантник, белобрысый обладатель невыразительной наружности, добродушный на вид, но по глазам — самостоятельный и серьезный мужичок. — Здравствуйте, Станислав Семенович…
— Доброго вам здоровья, — ответил сочинитель, испытующе глядя на десантников. — Вас что? Павел Сергеевич Грачев ко мне отрядил? Помнится, подписывал он со мной полтора года назад договор о творческом содружестве между «Отечеством» и ВДВ…
— На хрена вы ему сдались, письменник, — грубовато, но откровенно ответил тот, что был п о с л а в я н и с т е е лицом. — У Павла Сергеевича другие теперь крылья.
— Понял я, кто так моей персоной озабочен.
— Вот и хорошо, — оживился брюнет с голубыми глазами, — вот и ладненько! Меня вы должны помнить, я вам с Агасфером фокусы показывал в пустыне. А товарища моего зовут Мартин. Лютер он, тот самый…
«Теперь, кажется, собрались мужики до кучи, — внутренне с удовлетворением вздохнул Станислав Гагарин. — Бригада контрзаговорщиков готова… И какая бригада! Не хватает, правда, Моисея. Но я думаю, что и без него обойдемся. Тем более, Моисей через Второзаконие и чтящих его иудеев присутствует в Матушке России всюду, от президентского окружения до электронного злобного я щ и к а, являющего зрителям дьявольских монстров».