– Да, Сара, я готова, - оборачиваюсь к девушке.
Она, как и вся обслуга, является обычным человеком без способностей. Но Сара, в отличии от других, меня не обсуждает. Пару раз я даже слышала, как она отчитывала нескольких горничных, которые судачили о моем прошлом. Чего только не выдумывали. Самой интересной версией мне показалась та, где я оказалась соблазненной и брошенной другом самого короля.
«Ха. Можно подумать, что всем и каждому известный Дариус Грант на меня хотя бы посмотрел».
А ведь я пару раз его видела. Как и король, его Советник посещал Академию. Вот только если Его Величество по большей степени участвовал в награждении особо отличившихся адептов, то Дариус Грант читал нам лекции. На одну я даже сходила и оценила его ораторский талант. Преподавал близкий друг короля просто замечательно. А вот выглядел устрашающе. Такого один раз увидишь – не забудешь: высокий и широкоплечий, как скала; с длинными черными вьющимися волосами; обладатель колючих глаз с черным зрачком. Но больше всего мне запомнился его шрам – кривой и широкий, затрагивающий левый глаз и щеку до самого подбородка.
На всех этот загадочный маг производил неизгладимое впечатление. И каждый желал держаться от него подальше. Даже самые легкомысленные адептки обходили мужчину стороной.
Вот его-то глупые горничные мне и сватали.
Еще раз мысленно усмехаюсь, позволяя Саре помочь мне с платьем.
На первый бал принято одевать цвета своей семьи, поэтому я выбрала довольно простое темно-зеленое платье. Оно даже близко не сравнится с тем, что я видела на Джес во время ее помолвки. Но мне выделяться и не хочется. Единственное, что смущает, и что я не имею права скрывать – это знак инициации. Как веда, отдавшая Искру, я должна его демонстрировать.
Сара бросает на меня сочувствующий взгляд, когда поправляет корсет, и я глубоко вздыхаю.
Да, сегодня я в первый раз после побега из столицы появлюсь на публике. И всем станет очевиден мой позор.
– Ничего, я справлюсь, - говорю скорее себе, чем Саре.
– Вы готовы, госпожа.
Глава 2
Не помню, как мы добрались до дворца, где по регламенту должен пройти первый бал. Сердце в груди стучало так, что казалось, будто еще немного и оно выскочит через горло. Одно отложилось в голове – это как почти заледеневшей ладони коснулась теплая рука матушки.
– Дорогая, прости за то, что приходится подвергнуть тебя такому испытанию, - тихо в карете прошептала мама.
Она сидела рядом. Сестра и отец – напротив. Они не слышали наш разговор.
Я отрицательно замотала головой.
– Вашей вины в этом нет, матушка. Я и только я виновата в том, что у меня нет больше Искры.
– Бедное дитя, - горестно произнесла родительница и крепче сжала мою руку.
И вот я оказываюсь внутри. Распорядитель торжественно произносит нашу фамилию, и мы проходим через резные двери в огромный бальный зал.
Сотня всевозможных звуков обрушиваются на мои уши. Я никогда не была во дворце. Все, чем ограничивалась в прошлом – это бальный зал Академии. Здесь же все по-другому: более масштабно и величественно. И, конечно же, более людно.
Веды и маги повсюду. А между ними проходят официанты с подносами. Один подходит и к нам.
– Игристое вино, леди.
Мы берем по бокалу, но я даже не притрагиваюсь к напитку. Просто держу его в руках, как спасительную соломинку.
– Где же Родриго? – вертит головой и счастливо улыбается Джес.
Ей здесь нравится абсолютно все.
– Будет чудом, если ты его прямо сейчас найдешь, - замечает старшая Карго.
Наконец, суженый находится, и сестра растворяется в нем и в том празднике, что организован для всех пар ведающих.
Я остаюсь с мамой. Но и ее вскоре отвлекают знакомые, которых здесь предостаточно.
– Не уходи далеко, дорогая, - обращается она ко мне, когда очередная ее знакомая пытается навязать беседу.
Пожилая веда украдкой бросает взгляд на меня и на мой знак инициации. Мама поступает разумно, пытаясь переключить внимание дамы на себя. Родительница подхватывает подругу под локоть и отводит ее в сторону, давая мне простор.
На самом деле наша община не такая уж и многочисленная. И почти все в той или иной степени знакомы. Именно поэтому мне так тяжело. Общество прекрасно понимает, что я не проходила ритуал единения, а, значит, являюсь «пустой». И такого прецедента давно не было.
Я ежусь под многочисленными недоброжелательными взглядами. Кажется, они прожигают меня насквозь, оставляя уродливые пятна по всему телу.