– Благодарю.
Это Грант. Он больше не касается меня. И на мгновение почему-то становится грустно, словно я лишилась чего-то очень важного.
Лицо Советника остается таким же непроницаемым, но во взгляде что-то меняется. Уверена, что вижу в черной радужке зеленые искры.
Моргаю и наваждение проходит.
Мужчина кивает и уходит. А я снова попадаю под десятки, если не сотни, взглядов-стрел.
– Луиза, Богиня мать, что это сейчас было? – тихо, чтобы не привлекать излишнее внимание, восклицает мама.
– Не знаю.
Да, я и сама бы хотела знать, что только что произошло. Почему Советник Его Величества обратил на меня внимание. Не по доброте душевной и не из-за красивых глаз (он просто не мог их видеть). Тогда что ему понадобилось?
– Мне нужно подышать.
Я сбегаю из зала в спасительную прохладу королевского сада. Но это не та прохлада, которая может успокоить взбесившееся сердце. Мне бы еще раз погрузиться в то ощущение покоя, что я испытала во время танца. И тот холод, который на самом деле был комфортным…
Не успеваю додумать мысль. Сильные мужские руки обхватывают меня за плечи. Не грубо, но требовательно. Знакомый запах проникает в ноздри. И это подкашивает мои ноги.
– Луиза, - полустон.
Кристофер подхватывает мое тело на руки. И очень даже вовремя, иначе бы я упала прямо перед ним. Его аромат окружает меня, словно кокон. И как шесть лет назад, я тону в сладком мареве желания. Даже дышать становится больно – так я хочу этого мужчину.
Тело истосковалось по моему магу. И мне уже все равно, что мы не принадлежим себе. Есть только он и этот миг. А еще всепоглощающее пламя.
– Девочка моя, любимая, - шепчет Кристофер, покрывая мое лицо быстрыми и горячими поцелуями.
А я вжимаюсь в его тело так бесстыже, так отчаянно.
Губы Криса впиваются в мой рот. Это дикий поцелуй. Он передает всю ту боль и тоску, что съедала нас шесть лет. И мой маг тоже скучал по мне – я это чувствую.
Отрываемся друг от друга, так и не насытившись.
– Хочу тебя...
Это какое-то наваждение. Лишь на секунду в мозгу проносится мысль, что я не должна этого делать. Не здесь, не сейчас. Да вообще никогда! Но эта мысль растворяется, едва губы Кристофера вновь овладевают моим ртом. И я снова задыхаюсь, тону.
– Довольно!
На меня словно выливают ведро ледяной воды. Знакомая прохлада окутывает тело, но в этот раз я ощущаю что-то враждебное. Оно направлено, как ни странно, не на меня. Отголосок чужой магии ощущается так остро, что я могу даже сказать, кому угрожает опасность.
Кристоферу.
Глаза, наконец, фокусируются на темном силуэте в нескольких шагах от нас. Из-за того, что мы оказались в неосвещенной части сада, я с трудом различаю лицо незнакомца, но не узнать голос Дариуса Гранта просто невозможно.
Мысленно издаю стон, понимая, в какой нелепой и щекотливой ситуации оказалась.
«Луиза! Как низко ты пала! Богиня мать, почему я повторяю свои ошибки раз за разом? Я и Кристофер – это запретная связь. Такого не должно было случиться».
Вот только не понимаю, почему так легко сдалась под натиском бывшего возлюбленного, ведь обида и горечь никуда не исчезли.
– Лорд Лурье, мне кажется, что я видел неподалеку вашу супругу. Она искала вас.
Тоном Советника можно замораживать воду, но Кристофера это не смущает. Он все еще держит мою руку. Сама вырываю ее из цепкого захвата. Это не нравится Крису, но возражать при Гранте он все же не рискует.
– Благодарю, лорд Грант за участие, - неприязненно отвечает мой бывший.
Он бросает на меня взгляд, но из-за темноты могу только догадываться, что он сулит. Кристофер обязательно захочет продолжить то, что прервал Советник. А вот я не хочу. И это совершенно точно.
Кристофер Лурье
Проклятый Гранд! И откуда только взялся, да еще так не вовремя?
Луиза… Моя девочка. Она была в моих руках, дрожала от желания, и я почти сломал ее железный барьер.
Да, она имеет право злиться на меня. Даже ненавидеть. Но шесть лет назад у меня не было выбора. Брак с Элизабет был необходим не только нашей семье, но и мне. Я должен был все объяснить моей ведочке, но струсил. Подумал, что предложение жить вместе не официально прозвучит лучше, чем правда. Одна из моих непоправимых ошибок. Кто же знал, что малышка сбежит на следующий день в общину. А туда мне путь заказан.
Возвращаюсь в зал, но праздник меня не расслабляет. Наоборот, чувствую, как растет раздражение. И только теплый сгусток в груди способен немного его снизить. Искра, как и все шесть лет, греет изнутри, не дает впасть в отчаяние.