— Ты не против потанцевать?
Медуса посмотрела в темно — синие как сам океан глаза Посейдона и поняла, что вновь тонет. Второй за сегодняшний день. Но тут уже ей никто не поможет.
Разговор
Время пролетело незаметно. Наутро Медуса проснулась и долго не могла вспомнить где находится. Батюшка — Морской Царь, дворец, покои. Посейдон. От последней мысли богиня вскочила. Такого с ней еще не случалось. Как же так. Ведь она всегда, всеми силами старалась не допустить в свое сердце такое чувство как любовь. Слишком часто к ней обращались влюбленные, суженые и много видела она у них горя. В итоге, для других Медуса вполне допускала это чувство, для себя — нет. Может она просто этого боялась? Как оказывается тяжело решать что то относительно себя самой. Других она видела как на ладони. Почему же сейчас ее дар не действует?
— Госпожа. — В дверь робко постучались. — Ваш отец спрашивает, если вы проснулись, то он хочет вас видеть у себя.
— Да, сейчас я к нему подойду.
— Вас проводить?
— Ну уж нет, сама найду дорогу. Или это не здесь я провела свои детские годы. — Просто Медуса не хотела, что бы ее в таком состоянии видел кто — либо еще.
До чертогов отца богиня дошла без проблем. Здесь все осталось по — прежнему. Другие части дворца переделывались, это же оставалась нетронутой. Медуса несмело постучала.
— Заходи, чего скребешься. — Суров был Морской Царь, но она с сестрами никогда не сомневалась, что он их любит.
— Как провела вчера время? Я видел, что Посейдон явно заинтересовался тобой.
— Отец, зачем ты это делаешь?
— Что именно? Знакомлю тебя с этим богом?
— Ты словно знал, что я появлюсь. Разве это возможно?
— Да, это было предсказуемо. Слишком много у тебя ко мне вопросов накопилось. Но то, что ты появишься именно вчера это просто счастливое совпадение.
— Тогда можно задавать вопросы, раз ты к этому все — равно готов?
— Прошу. — Морской Царь сделал приглашающий жест.
— Что ты вчера говорил на счет своего ухода и передачи власть Посейдону?
— Вот именно, я решил уйти.
— Отдохнуть? На время?
— Нет, навсегда. Слишком долго я задержался на этом свете.
— Но почему, ты же бессмертен.
— Понимаешь, все что я мог и хотел взять из этой жизни, я уже получил. Дальше мне остаться просто означает остановиться в своем развитии. Я знаю, чего я хочу, а главное теперь знаю, как этого добиться.
— Ты станешь Создателем? — Благоговейно прошептала Медуса.
— Да, моя девочка. — С ласковой улыбкой ответил он.
— Но ведь это великолепно. Это то, чего желает достичь каждый
— Да? — Изумленно поднял бровь Морской Царь. — Где же ты видишь эту жажду в наших богах.
— Ты прав, ее нет. Но с теми, с кем я недавно познакомилась. В них я вижу это стремление.
— Я знаю. Им еще будет предоставлена такая возможность. И довольно скоро. А вот что ты хочешь для себя?
— Для себя? Я тоже стремлюсь к этой цели. Но еще не достигла и части, приближающей меня к ней.
— Именно по этому я и спросил. Ты знаешь, что хочешь создавать? — Морской Царь не торопился. Ради этого разговора он готов был провести еще на Земле столько времени, сколько понадобится.
— Я хочу мир, где правила бы доброта, любовь, где не было бы войн и насилия. — Богиня не сомневалась, что отец ее поймет. Но оказалась не права.
— Утопия. И что же там тогда делать? Как развиваться? Чего можно будет достичь? Тебе же не зря называют богиней Мудрости. Подумай.
— Возможно, я не совсем правильно описала.
— Стоп. Сразу же говорю тебе. Если чего то не можешь объяснить, значит сама этого не понимаешь.
— Где то я уже это слышала.
— От одного мудрого волхва.
— Точно. Постой, а ты откуда его знаешь?
— Мы с ним уже не раз сталкивались. Он выбрал для себя очень трудную долю. Представь, что ты знаешь кем можешь быть. Даже не так. Ты уже обладал силой, властью, знаниями и сознательно отказался от всего этого, чтобы помочь достичь этого другим. Ты сейчас смогла бы отказаться от того, что имеешь?
— Нет. Хотя сейчас не очень то многое и имею.
— Вот именно Даже для меня это непосильная задача. Он же сделал это. И я бесконечно уважаю его выбор.
— Так почему же я не могу объяснить то, чего хочу.
— Давай разберемся. Ты сказала доброта. Ну что это такое, допустим, ты знаешь. Но знаешь ли ты, что такое любовь?
— Конечно. Разве может кто то не знать об этом.
— Разве ты любила когда — ни будь?