Зайдя в покои, провел сразу до кровати и встал за спиной. Неожиданно мягко и медленно провел ладонями по моим плечам. Аккуратно потянул за завязки платья и стянул его к ногам, оставляя только в нижней рубашке и чулках. Горячей рукой притронувшись к моему животу, сильнее прижал к своему телу. Поясницей почувствовала жар его желания, которым он потерся об меня через ткань. Мягко крутанув, стянул сорочку через голову и уложил на постель не сопротивляющееся тело. Очень быстро разделся и накрыл собой, плавно проникая сразу на всю длину и причиняя небольшой дискомфорт.
Не знаю, как с другими, а с «княжной Елиной» он был крайне нежен и внимателен. Ничего из того, чем пугали Микта с Вортом, не было. Размеренные движения, и никакой боли или побоев. Да и закончилось всё довольно быстро, спустя минуты четыре он уже сыто отвалился. Перекатившись рядом на бок и положив руку мне на живот, нежно поглаживал. Явно наслаждаясь зрелищем, водил ладонью по всей поверхности моей кожи, чаще всего задерживаясь на груди. И как бы ни пыталась в этот момент думать о чем-то другом, а возбуждение всё равно накатывало волной.
— Мы не с того начать, Елина, — произнес тихо. — Да, ты отказать мне замуж сначала. Понимать, что тебя заставил отец. Ты бросить сопротивлять — это хорошо, я понять. Сейчас видеть, ты стараться, и я очень это ценить. Ты нужна мне. Будь хорошая жена, я стать хороший муж.
— Как скажешь, — только и оставалось ответить.
— И больше ничего не сказать?
— Нет, — а у самой в голове гуляла мысль: «Я бы тебе сейчас столько всего высказала и на всех наябедничала, будь у меня возможность! Уши бы в трубочку свернулись!»
— Ясно, — произнес как-то разочарованно, поднялся с кровати и, одевшись, ушел.
Оставалось только заставить тело сходить помыться и вернуться в постель. Очень хотелось разреветься, но кто мне позволит. И так уже начала ко всему относится с абсолютно пофигистской точки зрения, чтобы не свихнуться окончательно. Вопреки периодически появляющимся суицидальным мыслям основной стратегией было — выжить и отомстить!
Утро началось с шебуршания Длии в моей комнате. Она очень старалась передвигаться как можно тише, пока прибирала оставленный вчера бардак. Заметив мой взгляд, притормозила.
— Простите, что разбудила. Княжна Симия с утра в гости заявилась, спешит познакомиться с невесткой. Раз уж встали, давайте помогу вам собраться.
А вот и родня мужа пожаловала. Поднявшись, быстро умылась, оделась, и служанка повела меня к завтраку, но не в общую столовую, а в какой-то уютный кабинет. На резной столешнице массивного стола уже находились большие круглые подносы с разнообразной едой. Но именно множество полок с книгами, фолиантов и свернутых в трубочку свитков притянули внимание моей удавки. Да так, что не сразу заметила сидящую в глубоком мягком кресле пожилую, но очень красивую женщину. Пока рассматривала стеллажи, она разглядывала меня. С первых же ее слов стало понятно, что мне совсем не рады в этом семействе.
— Не пойму, зачем он так рвался взять тебя в жены. Капризная избалованная девчонка, даже на лошади верхом ни разу не сидевшая. Да еще и обещанная другому. Чем ты привлекла его внимание? — вот кто в совершенстве владел языком, которому меня научили в Виронее. Возможно, она и князя натаскала.
— Не знаю, — а что было еще ответить? Я ведь даже настоящей Елиной не являлась.
— Ну разумеется, — произнесла, брезгливо окинув меня с головы до ног, — Мой сын глупец, что связался с тобой! Его выбор не поддерживаю, но должна относится к нему с почтением. Так что хочу предупредить: будешь крутить хвостом перед другими мужиками или выкинешь что-то позорящее князя, я тебя самолично вздерну на первой же ветке!
— Как скажешь, — вообще-то крайне затруднительно в моем положении сделать что-то не так.
— Ты издеваешься? — вскочила она с места. Насколько отвратительным было настоящее поведение принцессы Виронеи, чтобы до такой степени остро реагировать на мою покорность?
— Нет.
Свекровь подошла близко-близко и внимательно вгляделась в мои глаза. Увидев в ее зрачках голубое свечение, моментально сообразила, что она магичка.
— Что-то с тобой не так. Не пойму только что, — она прикоснулась пальцами к моим вискам, помолчала какое-то время, а потом начала перечислять. — Желание кому-то отомстить. И сильнейшая ненависть, но не к Рэйену. Страх, печаль и безысходность.