Все резко перевели взгляд на меня, в ответ состроила не самую лицеприятную мину, с разбегу давая понять, как я им «рада».
— Природница, поди? — робко спросил кто-то из мужиков.
— Еще какая, силища в ней огромная. Сола вон приручила, мне молодость вернула, а что с растениями творит, вообще закачаешься. Прошу любить и жаловать. Обижать не советую, характер поганее моего. Я, может, к старости и раздобрела, но теперь тоже спуску никому не дам! — с порога всех предупредила Кэтери. — Так что проваливайте и по пустякам не беспокойте!
Громко хлопнув дверью перед носом любопытствующих, она вернулась в спальню и принялась выуживать что-то громоздкое из-за шкафа. Не могла оставить её страдать в одиночестве и принялась помогать. Оказалось, что доставали мы огромное, во весь рост зеркало в очень красивой расписной оправе. Водрузив его в угол комнаты, протёрли пыльную поверхность и встали рядом, любуясь отражением.
— Вот блин, — всплеснула руками веда, — Где это видано, чтоб наставница моложе ученицы выглядела?
— Вертать взад? — скептически приподняла бровь, хотя понятия не имела, как это сделать.
— Не-не-не, мне всё нравится! — тут же возразила она.
— Так это самое главное, чтоб всех всё устраивало, — заметила философски, — Пошли ужин готовить, еще мне спальное место надо придумать.
Показав, где хранятся дрова и сухая растопка, она ушла за водой, оставив меня разводить огонь в печи. Эту науку неплохо освоила за время, проведенное в летнем домике. Весь тёплый период жары как таковой просто не было, и по ночам порой от холода зуб на зуб не попадал, вот и приходилось вечерами протапливать, чтоб до утра не околеть. Вернувшись с двумя ведрами воды, веда принялась хозяйничать на кухне, параллельно показывая, где что лежит и как этим пользоваться. Сгоняла меня на чердак, где лежал старый матрас, но лучше он, чем на голых досках пола спать.
После ужина обустроила себе спальное место прямо возле печи и уже готовилась лечь спать, когда в двери снова постучали. Недовольная веда с выражением лица «кого там опять принесло» вышла из спальни и пошла открывать. Думала, опять прогонит незваных гостей, но вместо этого она завела на кухню молодого симпатичного парня. Усадила его на лавку и, развернув спиной к себе, задрала рубаху. Я смачно выругалась матом на родном языке, благо никто не понял смысла. На коже живого места не было, вся в нагноившихся рассеченных полосках, кое-где свисали подсохшие лоскуты, да и вообще бледноват он был.
— Это кто ж тебя так, да за что? — прищурилась Кэтери.
— Княжна Елина, — тихо выдохнул парень, но на вторую половину вопроса промолчал.
— Ты забыл ответить, за что, — настаивала на своем веда.
— Нёс ковёр на улицу почистить и не заметил княжну, толкнул нечаянно, — опустил он глаза в пол.
— А если правду! — вдруг рявкнула я, поддавшись очередному порыву магии. Парень, опасливо стрельнув в мою сторону глазами, тихо-тихо признался.
— Отказался ночью к княжне в спальню проникнуть.
— Вот же проститутка! — возмутилась на Прутэ незнакомым для окружающих словом.
Веда окончательно стащила с парня рубаху, и стало понятно, чем именно заинтересовалась принцесса. Мало того что смазливый, так еще и телом красив. Следуя указаниям, принесла нужные склянки со стеллажей и поставила кастрюлю с водой на печь. Откопав в сундуке бинты, положила их внутрь. В медицине мало что смыслила, но элементарные правила гигиены у человека из моего мира въелись в подкорку. Я и Кэтери приучила постоянно мыть руки с мылом и дезинфицировать инструменты. Поэтому и несколько бутылей самого крепкого самогона с ярмарки прихватили. Заодно стопочку больному налили, другой анестезии всё равно ещё не придумали. Мне пришлось сесть перед пациентом и держать его за руки, пока он корчился от боли из-за производимых ведой манипуляций.
— Тебя кто высек? — пыталась его отвлечь разговорами.
— Сама княжна Елина, князь на дальнее пастбище уехал.
— Похоже, эта крыса всегда действует за спиной своего мужа, — сказала, глянув на наставницу, та согласно покачала головой, — Сначала служанок высекла, теперь тебя. Да еще так сильно, видимо, опыта в этих делах у неё много.