Такое же ощущение возникло у меня, при виде катящейся волны. Десять, тридцать, пятьдесят особей мчались нам наперерез.
— Ребята, посмотрите направо, у нас гости! — окликнул негромко переговаривающихся берендеев.
— Эх, и ё-ё-ё! — протянул Вячеслав, — Где же мы их хоронить-то будем?
— Ничего, успеваем! — кинул взгляд на волну Иваныч, — ещё десять минут и на месте.
Асфальт временами пропадал, уступал место зубодробительной брусчатке. Где-то далеко выла милицейская сирена, словно ей в ответ протянулся волчий вой, на который тут же ответили лаем и жалким скулением местные собаки.
Пасущаяся у одинокого дома серая коза встала на дыбы и, выдернув колышек, помчалась прочь от далекой волны. Проскочив за задним бампером, зверюга полетела по дороге. Колышек на веревке скакал следом, подпрыгивал на камнях и бил козу по бокам, добавляя страха обезумевшему животному. Я успел заметить, как за козой поспешила какая-то старушка, державшаяся за поясницу.
— Твою же маму расцеловать за телеграмму! Сколько же их, — Вячеслав напряженно вглядывался в проблески далекого поля, где серые точки увеличивались в объемах.
За серой тучей катился черный комок тьмы. Огромный оборотень — раза в два больше берендея. Такого я ещё не видел.
— Поворот остался, держитесь, парни! — Иваныч глянул на табличку-указатель.
На двух белых ногах крепилась доска с надписью «Аэродром Северный».
— Ого, так мы на самолетах полетим? — поинтересовался я.
— Ага, будем ужасом, летящим на крыльях ночи! Причем на крыльях будем лететь снаружи, а не внутри, — не смог удержаться от колкости Вячеслав.
— Зато я лучше прыгаю, — парировал я, глядя, как из-за поворота показывается длинный серый забор.
— Вот начинается, лучше прыгаю, лучше бегаю, лучше стреляю. А перекинуться можешь? — обернулся Вячеслав.
— Оставить пустой треп, приготовьтесь к выходу! — скомандовал Иваныч.
Из кустов вынырнул широкий съезд и несколько бетонных прямоугольников, окрашенных красно-белыми полосами. Иваныч резко надавил на тормоза, и машину слегка развернуло от торможения. Мы вцепились в верхние рукояти, поднялась туча пыли, противно провизжали тормозные колодки. Я сразу же зацепил за ремни похудевшие рюкзаки, похоже, что приехали.
Под козырьком входа в КПП курили два десантника, они заинтересованно уставились на приехавшую милицейскую машину. Мы выскочили из машины и опрометью кинулись к стоящим. Нужно отдать должное подготовке солдат — ребята моментально вычислили в нас ложных ментов, и в нашу сторону уткнулись дула короткоствольных автоматов.
— Мы к подполковнику Жестову! — рявкнул Иваныч.
— Стоять! Ни с места! Кто такие? — выпалил один из дежурных.
Черный зрачок автомата перепрыгивал с меня на Вячеслава и обратно. Показалась капля пота на сросшихся бровях. Наш ровесник, подрагивающие руки и неуверенный взгляд выдавали с головой — ещё пальнет с перепуга. Второй выглядел постарше. К нему-то и обратился Иваныч.
— Слышь, сержант! Волки нападают, взбесились вроде, не веришь мне — взгляни сам! Но быстрее, а то скотину вырежут и людей задерут! — рука Иваныча махнула в сторону дороги, откуда только что приехали.
Солдат кинул быстрый взгляд, тут же округлились глаза и берет пополз вверх. Слегка отставшая стая виднелась во всей своей устрашающей полноте. Видно, как маленькие точки увеличиваются в объеме и приближаются со страшной скоростью.
— Врубай тревогу! Чего застыл, солдат? — проорал Иваныч, и со злостью бросил милицейскую фуражку на вычищенный асфальт.
Другой солдат тоже посмотрел на приближающийся клин и, забыв про нас, кинулся в серую будку КПП. Сержант и мы следом, не оставаться же на улице. Младший ещё набирал номер на телефоне, когда подскочивший сержант стукнул по низу стола. На уши надавил противный звук сирены.
— Подполковник на связи! — быстро проговорил младший и высунул трубку в отверстие в окне.
Выпуклая плоскость с круглыми дырочками прижалась к уху Иваныча. Мы с Вячеславом остановились у распахнутой двери, изготовившись к атаке. По дрожанию рук Вячеслава видно, что ещё немного, и он перекинется. Поймав взгляд, я покачал головой — рано.
— Сергей, общая тревога, нападение волков! — отчеканил старший берендей, — ещё и самолет нужен для … Так точно! Передаю.
Сирена вытаскивала барабанные перепонки, как сквозь такой рев можно разговаривать? Однако сержант, приняв трубку из рук Иваныча, тут же выпрямился, несколько секунд слушал инструкции, чуть не козырнул в конце и аккуратно плюхнул трубку на место.