На поляне появился Глава и стоявшие на краю поляны зеваки потянулись ближе. Риаган и брат отлучились куда-то и я осталась на поляне одна.
- Долго ему еще? - Глава кивнул на Рунтара.
- Мы дали ему отвар.
- Зачем? Он все равно не жилец. Смотри, у него уже руки синие. Почему вы еще не улетели за лекарями?
- Мы обрабатывали раны Рунтара.
- Лучше бы занимались теми, кто более достоин этого.
Мне было неуютно рядом с ним. Я отошла чуть подальше и принялась приводить в порядок инструменты.
Слова Главы были бесцеремонны и самоуверенны. Он прошел к месту, где лежал Рунтар и присел на корточки рядом.
- Не сдох еще, ублюдок? - спросил почти шепотом Глава у Рунтара. - Выпил свой отвар? Молодец! Сколько ты проживешь, как только тень от летунов испарится с земли клана? Как только ты уснешь, они отправятся за целителями, и тогда с тобой за все поквитаются.
Я слышала. То ли Глава забыл, что я не обычная женщина и слух у меня такой же острый, как у охотников. То ли он не подумал об этом. Рунтар тоже слышал. Глава стоял ко мне спиной, частично загораживая лежак.
- Ты что-то забыл здесь? Хочешь поправить ему подушечку? - раздался за моей спиной родной мне голос. Риаган бросил на пол охапку дров, отряхнул руки и двинулся в центр поляны. Он придвинул к лежаку Рунтара низенький стул без спинки и уселся на него, широко расставив колени.
Глава отступил. Я подошла к Риагану и положила руку ему на плечо.
- Что случилось?
- Клянусь богами, я видел его руку на горле Рунтара.
- Мы не добиваем раненых, - возмутился Глава подозрением и поднялся на ноги.
Мне показалось, что он сдержал желание суетливо оглянуться. Хотел убедиться, что никто этого не видел?
- Хотел убить меня? - прошелестел хрипло Рунтар.
- Не выдумывай! - рассмеялся Глава.
- Хотел… Потому что я знаю, кто ты на самом деле, - голос Рунтара вдруг зазвучал тверже.
Мне показалось, что он решился. Люди вокруг подходили ближе. И Рунтар заговорил. Он рассказал, как стоял в Доме Совета и слушал разговор Старейшин. Рассказал, как извели родителей Риагана, как придумали эту страшную многоходовую игру с его невестой, как отобрали его дом и объявили изгоем. Рунтар говорил, а люди вокруг него ахали и гудели все громче. Он рассказал все. Про Черный смерч, про планы Главы захватить Равнину и нажиться на этом узкой компанией избранных, а остальные кланы оставить у себя в подчинении. Кое-где Рунтар приукрасил для убедительности. Где-то, возможно, солгал. Но люди, если и не верили до конца, взволновались не на шутку.
Жаль, что Рунтар делал это не из благородных побуждений. Он хотел только уничтожить Главу. Отомстить. Риаган помог ему даже сейчас, не дав Главе по-тихому придушить того, кто мог выдать его тайну. И вместо благодарности и желания помочь, Рунтар бросился топить своего врага. А ведь Глава знал, что Рунтару все известно. Внезапно, сцена, развернувшаяся на наших глазах тогда, когда Рунтар держал нож у горла Главы, стала понятна как ясный день. Рунтар намекнул про Черный смерч и Глава тут же встал на его сторону и начал оправдывать его перед толпой.
- Рунтар правду говорит, - поддержала я слабеющего охотника. - Он умирает. Он не солжет.
- Вы же дали ему замедляющее лекарство?
- Дали. Но оно не успеет подействовать. Пока яд работает быстрее, чем отвар, - подтвердил мои слова брат.
Рунтар зажмурился, всхлипнул. В уголках его глаз собрались слезы.
- Я хотел сделать деревне добро, - выдавил он сквозь усиливающееся хрипение и дрожь, которая била его тело снова и становилась сильнее. Он попытался поднять руку, но она упала ему на живот бессильной тряпкой. - Я хотел… служить… моему народу. Чтоб почет… Уважение… Глава уничтожил все… Ненавижу…
Рунтар смотрел в небо невидящими широко распахнутыми глазами. Судорожные хриплые вдохи замедлялись, пока тело охотника не замерло, а затем внезапно мягко расслабилось. Взгляд потускнел. Полуоткрытые губы застыли на полувздохе.
Долю секунды на поляне царила мертвая тишина. А затем толпа взорвалась шквалом негодования. Людская лавина снесла Главу с его места и утянула куда-то в глубь деревни.
- Спи, брат, - сказал тихо Риаган, закрывая глаза Рунтару. - Пусть духи Ак-Тау примут твою душу, сохранят и очистят ее. Да придет за тобой Видящая.
Мы летели. Руки Риагана крепко обнимали меня за талию. В седельной сумке лежала копия карты и еда в дорогу. Силуэт брата давно превратился в темную точку на горизонте.