- Покажи, как ты садишься верхом.
Ящер опустился на землю и выставил лапу на подобие ступени. Я забралась на чешуйчатую спину и подняла зверя на лапы.
- Плохо. Очень медленно. Нужно научиться вскакивать прямо с земли. Натренируешь руки, будет получаться. Не везде есть возможность уложить ящера на землю. Со временем научишься даже вызывать ящера под себя в падении. Очень удобно высоко в горах и между скал. Но для начала и такой способ пойдет.
Дальше было еще несколько заданий. Пройти туда, повернуть там, пробежать рысью вдоль склона, подпрыгнуть. Нет, не так, а выше! Брат учил меня маневрировать между другими ящерами. Айгир и Риаган кружили вокруг меня верхом, а я старалась не наступать никому на лапы и не давать наступать на свой хвост. Брат рассказывал, как делать держать своего ящера от других на удобном для взлета расстоянии, каким боком и как разворачивать ящера перед врагами, что делать, если кто-то пытается зайти в спину, Какие места на теле ящера наиболее уязвимы и куда чаще всего атакуют. Айгир управлял своим ящером мастерски, показывал чудеса ловкости и маневренности. Пусть он и обрел своего ящера сравнительно поздно, зато талантом летуна был одарен от богов. Риаган крутился рядом. Он, кажется, тоже учился.
Рунтар смог разлепить глаза только на закате. Голова гудела. Плохо слушающиеся ноги и руки были смотаны короткой веревкой. Он валялся на подстилке еще некоторое время, пока круговерть перед глазами не улеглась. Память провалилась куда-то в обрывки образов, снов и видений. Рунтар не мог точно вспомнить, как он оказался лежащим у этого костра. Он точно помнил, как сидел в лачуге этого изгоя Риагана вместе с охотником из Ару-Кечи, как девушка подавала им чай. Помнил, как его расспрашивали. Частично. Он чувствовал себя спасителем заблудшей овечки, открывая глаза этой девушке на изгоя. Глупая. Как можно так заблуждаться и не разбираться в людях? Риаган ее не заслуживает. Ведь хорошая она. Красивая, яркая. Глазищи голубые такие огромные. Всю душу ее в них разглядеть можно. Рунтару нравились такие, как эта девчонка. Кожа белая, как лепестки весенних цветов. Маленькая, миленькая с хрупкой фигуркой. Ее тонкая изящная шейка и миловидное личико в рыже-каштановых кудряшках постоянно всплывали в голове Рунтара еще с Большого Совета. Поэтому он почти не задумываясь напросился в провожатые к Айгиру. А вдруг…
Почему он в лесу? Почему не может вспомнить, как пришел сюда? Почему он связан, к тому же так бездарно? Рунтар сел и без особого труда выпутался из узлов. Переполненный мочевой пузырь требовал опорожнения. Охотник соскреб свое плохо слушающееся тело с подстилки и направился в ближайшую рощицу. Почему его так мотает из стороны в сторону? Пьяных ягод он не ел. Ни вина, ни чего более крепкого не принимал с тех пор, как покинул свой клан. Почему же у него такое чувство, словно он неделю пил не переставая?
Земля качалась под ногами, иногда бросая несчастного на стволы встречных деревьев. Возле одного из них он и замер, полагая, что ушел достаточно далеко от костра. Справив нужду, Рунтар оправил свои штаны и поковылял обратно к костру.
На месте стоянки были еще три лежака. Кому они принадлежат?
Возле той подстилки, на которой проснулся Рунтар валялась его дорожная сумка. У изголовья еще одного лежака были сложены чьи-то походные вещи. Сверху лежала светло-рыжая потертая куртка и ремень с кованной пряжкой. Изображение крылатого ящера, вытисненного на ремне Рунтар хорошо запомнил. Это вещи Айгира.
Можно ли сметь надеяться, что вот тот тюк с красной завязкой принадлежит его милой сестричке? Если так, то все просто чудесно! Но четвертый лежак… Неужели этот изгой тоже увязался за ними? Надеется доказать что-то девушке? Ему придется постараться. Его совесть так просто не отмоешь. Брат девчонки — тот еще камешек. Просто так не сдастся. Не видать изгою красотки. Протаскается хвостом за ними и вернется в свою халупу ни с чем.
А вдруг, нет. Что если рыжая плутовка с братцем и изгоем сговорились, опоили его и сейчас везут, чтоб продать в рабство куда-нибудь на равнину, или принести его в жертву Чистильщикам гор, духам Ак-Тау?
Нет. Вязать узлы и силки Охотники учатся с семи лет. Не может быть, чтоб Айгир или Риаган забыли, как это делается.
Рунтар скинул крышку с котелка, висящего над костром и принюхался. От ароматной жидкости поднимались тонкие ниточки дымка. Чай! Пустой желудок охотника жалобно заныл. Черпнув чая кружкой, найденной рядом с костром на камне, Рунтар обследовал вещи спутников и костровище. Должна же быть где-то еда?