Ночная гостья
После обеда позвонил Константин, интересовался моим здоровьем, спрашивал, как у меня дела и как спится моему ребенку на подаренном матрасе. Явно что-то хотел узнать или спросить.
– Константин, ну не томите, вам явно что-то от меня нужно, – не выдержала я этих предварительных танцев. – Признавайтесь, что хотели.
– Я тут одному парню ваш адрес дал, у него проблемка деликатная, – замялся интеллигент.
– Договаривались же, что вы никому мой адрес и телефон давать не будете. Тем более вдруг он приедет, а у меня свидание, или меня дома не будет, – поморщилась я.
– Ну, значит, подождет. Примите его, пожалуйста. Человек хороший, а мается, ну или убедите его к психиатру сходить, – начал он просить.
О как, мне еще психических не хватало.
– Посмотрим, – оборвала я Константина. – Вы-то как себя чувствуете, как Машенька?
– Я сейчас в больнице, к операции готовлюсь. Спасибо вам, Агнета, вовремя я к доктору обратился. Машенька на развод подала и на раздел имущества, даже видеть меня не хочет, но я особо и не расстроился. Я хоть сейчас жить нормально стал, без указок разных.
– Что у вас за болячку такую нашли? – обеспокоенно спросила.
– Печень. Сколько же можно было пить. Сейчас кусочек отрежут, и все будет хорошо. Вы с этим мальчиком пообщайтесь все же, – опять начал просить Костя.
– Привороты не делаю, – отрезала я.
– Это не приворот, там другое. Ой, Агнета, меня на процедуры зовут. Всего доброго.
– Выздоравливайте, – успела произнести в трубку, и абонент отключился.
Интересно, что там за загадка природы. Не успела я положить телефон, как он снова зазвонил. На экране «Мама», мысленно настроилась на позитив.
– Да, мам.
В трубке рыдания.
– Что случилось? – забеспокоилась я.
– Я голодная сижу, у меня давление низкое, я даже до кухни дойти не могу, – она захлебывалась в слезах.
– Таблетки пьешь от давления?
– Да.
– Зачем? И чай, наверно, зеленый.
– А вдруг оно поднимется, и чай пью.
– Молодец, – ответила я. – Я завтра приеду. Что привезти?
– Мне сейчас есть нечего, – рыдание в трубку, – я встать не могу, у меня давление низкое, голова кружится.
– Конфетку съешь, сахар поднимется, легче станет. Мам, я не могу сейчас около тебя материализоваться. Если поеду на вечернем автобусе, то домой вернуться смогу только завтра утром, – ответила я.
– Переночуешь у меня, что, я для дочери места не найду, – попыталась меня уговорить.
– У меня козы, их нужно доить утром и вечером. Если не подоить, то животное может и заболеть, и молоко пропадет, – ответила я.
– Тебе козы дороже матери. Пусть Катюшка их подоит, или она приедет ко мне, есть сготовит или ты вместе с ней мне продуктов передай. Взрослая уже девочка, – предложила маман.
Я немного подзависла от данного предложения.
– Мам, вот это вообще не обсуждается.
В трубке опять рыдания.
– Вот умру, что ты без меня делать будешь?
– Хоронить тебя буду, – рявкнула я, ненавижу, когда мной манипулируют.
В трубке затихло все.
– Но ты завтра точно приедешь? Я тогда сейчас сестре своей позвоню, пусть она что-нибудь мне поесть привезет, – рыдания прекратились.
– Конечно. Что тебе привезти? – заверила ее.
Мне выдали целый список. Конечно, ее можно понять, весь день одна в четырех стенах, начнешь тут чудить. Но я ей привозила витамины для головы и предлагала совместные прогулки. Оставляла брошюрки с зарядками. Раньше чаще приезжала до карантина, почти каждый день. Устала невероятно от капризов и претензий. Ну да ладно, родителей не выбирают.
Теперь нужно приготовить на несколько дней вперед три или четыре вида блюд. Отправилась на кухню придумывать и выдумывать, надо еще приготовить определенным образом, потому что «ты же знаешь, я такое не ем». Мясо нарезала и отправила с картошкой в мультиварку. Поставила в духовку творожную запеканку. Суп варить буду у нее дома. Развела тесто на оладушки. Пожарила пару сковородок.
Звонок в дверь, ну вот кого-то на запах оладиков принесло. За калиткой авто спортивного типа. Открыла. Парень стоит, худой, можно сказать, изможденный, цвет лица землистый, больной. Одежда на нем висит.
– Здравствуйте, мне вот ваш адрес Константин дал, – стоит, мнется.
Мельком глянула, в машине сидит девица. Вот мне еще коллективной психотерапии не хватало. На другой стороне дороги стоит Волк, смотрит внимательно в сторону авто.