Одна печальная история.
Столица Анакриона - Элеран находилась на берегу небольшого залива. По слухам, иногда со стороны скал доносилось пение сирен, а некоторые утверждали, что видели настоящую русалку! Но в высшем свете было принято считать все это выдумкой и глупыми домыслами.
Однажды ночью, когда полная луна серебряной тропой отбрасывала свою тень на морскую гладь, молодой моряк прогуливался по берегу, в надежде встретить ту самую сирену, о которой сегодня судачили в таверне. И вот он услышал заветную песню:
Светит полная луна.
Море тихо спит.
Успокоилась волна.
Ветер не шумит.
Все заснуло сладким сном,
Я одна не сплю.
Я мечтаю лишь о нем!
Лишь его я жду...
Молодая девушка с голубыми волосами сидела на камне, печально опустив босые ноги в соленую воду. На ней было легкое белое платье, чуть ниже колен, что не типично для народов земли. Да и вообще в ней действительно было что-то неземное... Он был очарован ей. Так она была прекрасна...
- Кто вы? - спросил он незнакомку.
- Я не разговариваю с незнакомцами... - ответила та прекрасным, словно неземным голосом.
- А тот мужчина... О котором вы пели...
- Просто песня... Слова...
И она, не оглянувшись, хотела броситься в море... но юноша схватил ее за руку:
- Вы еще так молоды, не стоит...
Она взглянула ему в глаза и словно искра пробежала меж ними, но была ли это любовь... Каждую ночь в назначенный час возлюбленный должен был приходить к берегу моря, чтобы увидеть ее, но не раньше... Девушка с голубыми волосами была настоящей русалкой и она боялась... Того что он узнает... Узнает и разлюбит...
Так шел день за днем, за годом год... И к тридцати годам у моряка появились вопросы к своей возлюбленной, ведь все это время она выглядела, как четырнадцатилетняя девушка!
- Приходи к морю, туда где была наша первая встреча - наказала она - и ты все узнаешь.
И вот наступил назначенный час, и мужчина пришел к тому самому камню в надежде снова увидеть любимую... Она сидела печально опустив голову. Ее голубые волосы нежно прикрывали обнаженную грудь. Но теперь вместо ног у нее был чешуйчатый рыбий хвост! Сирена?! Как?! Значит околдовала, ведьма! Столько лет было прожито впустую!
Последний раз Си Лин видела, как свадебный экипаж увез ее любимого навсегда... И слезы брызнули из ее глаз, и сверкнули молнии, завыли ветра, поднялись волны, и не было спасения от той бури ни на земле, ни на море... Выжившие говорили, что ветер доносил до них песнь печальной сирены, но опять это всего лишь слух.
Глава 1.
1.
С момента победы над Пегхеном прошло восемьдесят лет. Дочь Эрнеста Ясмин выросла и стала краше любой чистокровной эльфийки. Почти во всем она была похожа на отца, и лишь глазами на мать. Иногда она любила одеваться как пацан, или просто поохотиться с Лайлой в королевских угодьях. Отец ей не запрещал, а вот высшие чины смотрели презрительным взглядом на героя Анакриона и "королевского любимчика".
И вот эта оторва предложила отцу выяснить, кто же из них лучший стрелок. Правила соревнования были просты: "дедов" лук использовать нельзя. После победы над змеиным богом оружие Кеттена заняло место семейной реликвии, но это не значит, что кое-кто не мог им воспользоваться. На заднем дворе дома стояли мишени, где Эрнест и Ясмин обычно тренировались. Эльф сделал свой первый выстрел, и как всегда точно в цель. Но дочурка лишь усмехнулась:
- И ты называешь это точным попаданием? Смотри!
В тот самый момент задул сильный ветер и стрела Ясмин улетела далеко за пределы двора, и взорвалась там! Отец понял - дочка сжульничала, но сейчас было не до этого. Ветер усиливался, а небо затягивалось тучами. Эрнест велел Ясмин идти домой и немедленно. Бури и ураганы в теплом климате не редкость, но чтобы в заливе, да еще когда вокруг горы! И ве же это могло казаться не таким странным, если бы не эта песня, что доносилась откуда-то... Словно со стороны моря... Стоило выяснить это, пока последствия не стали слишком разрушительными...
- Папа! Ты с ума сошел?! - Кричала Ясмин ему вслед.
Но Эрнест не слышал ее, ибо ветер заглушал даже самый сильный крик... Он шел противясь ветру и дождю, на звуки песни, что звали его. Он не знал, но был уверен - все это чей-то злой умысел или темная магия. В сирен он не верил, ибо никогда не видел. А эта песня была прекраснее всех, что ему кода - либо доводилось слышать. И такая грустная и печальная она была, что ему самому хотелось оплакивать судьбу той девы... И чем дальше он шел, тем сильнее манила она его... А ветер дул все сильнее, и все труднее становилось идти... Наконец эльф совсем обессилел. Он упал на мокрый песок и потерял сознание...
Яркий свет и грубая брань двух мужчин заставили Эрнеста очнуться, и он обнаружил что все это время пролежал на берегу моря, куда вынесло обломки какого-то судна. В нескольких шагах от него двое мускулистых моряков избивали, покрывая проклятиями, молодую девушку с голубыми волосами. И Герой Анакриона не мог оставить это так. Ни одна дева не должна ни при каких условиях становиться козлом отпущения! Но тут она заметила его.
- Господин, эльф! - Взмолилась барышня, - Я знаю - вы не из этих! Прошу, поверьте мне!
Какая муха тогда укусила Эрнеста! Он в ярости набросился на этих увальней, обнажив оружие! пара ловких ударов и вот они лежат на земле, истекая кровью! Но девушка! Исчезла, даже не поблагодарив спасителя! В прибрежных волнах промелькнул лишь блеск голубоватой чешуи.
- Чертовщина какая-то! - буркнул эльф и отправился домой.
Но на этом странности не закончились! По дороге Эрнесту попался бродяга в изорванной одежде и с сильным иридимским акцентом. Его длинные волосы, в наступавших сумерках, казались чернее бездонной ямы. Глаза его светились ярко красным светом. Странник учтиво поклонился и спросил, не знает ли любезный сеньор, дороги к королевскому дворцу. Вампирский беженец из Иридима? Что ж вполне возможно, после того как тамошний король объявил геноцид детей ночи, многие бежали в Анакрион, спасаясь от "праведного" костра. Не задумываясь эльф указал дорогу странному путнику и пошел дальше.
Наконец перед ним открылась дверь родного дома. Жанна выбежала навстречу и крепко обняла любимого мужа.
- Милый! Я так волновалась! Тебя так долго не было! Я уже начала думать, что ты погиб!