– Предпочитаешь мужчин поразвратнее?
– Предпочитаю мужчин, которые не желают от меня наследника! – взорвалась я.
– Уверен, он бы хотел, но вряд ли сможет.
У! Я закатила глаза к небу и открыла рот. Темная мать! Над нашими головами клубилась туча. Вот зараза! В столице всегда так – чистое небо, потом вдруг легкий холодный ветер с моря и через десять минут ливень. А ведь ничто не предвещало.
– Где там твой экипаж?
– Давно бы так.
Поль подал руку, которую я стойко проигнорировала, вместо этого еще раз посмотрела на небо, но туча за эти несколько секунд не развеялась, пришлось с независимым видом идти к карете.
И тут на нас хлынуло. Видно, богам приспичило срочно слить воду, и они открыли кран. Секунда – и я стояла мокрая до нитки. Пиджак намок и сырой тяжестью оттягивал плечи, с волос капало, в туфлях хлюпало, меня моментально начала бить мелкая дрожь. Водичку боги явно сливали с ледяной купели. Я подняла голову, чтобы выругаться, и увидела совершенно сухого инквизитора, который озадаченно смотрел на меня.
– Почему ты не создала щит? – с недоумением спросил он. – Ты же светлая магесса!
– Я ведьма! – вызверилась я, клацнув зубами не хуже, чем оборотень-рикша. – Ведьма, а не магесса!
– Так это не шутка? – качнул он головой и открыл дверь подъехавшего экипажа. – Залезайте, леди ведьма.
Я встряхнула мокрыми волосами, разбрызгивая вокруг себя капли, и полезла внутрь белоснежной кареты. Намочу ему сиденья, хоть маленькая, но пакость.
Глава 6
Как ведьма пребывала в шоке
– Давай высушу.
Поль сел напротив и теперь следил за мной взглядом кота, обнаружившего в своей миске со сметаной наглую обожравшуюся мышь. Не дождавшись моего согласия, он взмахнул рукой, и спустя мгновение одежда на мне стала сухой и колкой, а волосы закрутились в спиральки и поднялись дыбом.
– Эффектно, – весело прокомментировал светлый гад. – Замечательная прическа.
Я в ответ запыхтела и отвернулась к окну. Лучше бы этого не делала, в стекле отразился рыжий одуванчик на золотой мятой ножке. Хорошо, хоть косметика у меня личного изготовления, и никакой ливень ей не страшен.
– Как так получилось, что у светлого магистра и светлой магессы дочь – ведьма? Я был уверен, что это шутка. Твой отец ничего об этом не говорил.
– Нас сосватали, когда мне было пять лет, в то время папочка даже подозревать не мог, что милая дочурка выберет путь ведьмы, – съязвила я. – Но увы и ах! Теперь ты знаешь всю неприглядную правду о нашей семье, самое время расторгнуть договоренности.
– Нет.
– Нет? Но почему? Я ведьма! И никогда не буду милой, покладистой и покорной женой.
– Именно поэтому нет. – Он откинулся на спинку мягкого сидения, обитого белой кожей, и лукаво улыбнулся. – И у меня до сих пор стоит перед глазами твоя ножка в разрезе платья.
Скорее – в разрыве, но вслух я ничего не сказала, только плотнее запахнула тот самый полускрытый пиджаком разрез.
– Инквизитор не может жениться на ведьме! Это помешает твоей карьере, ты никогда не станешь главой ордена.
– Главное – чистота крови и потенциал, остальное неважно. Ты ведь светлая ведьма с отличной родословной.
– Я не девственница! – выпалила быстро и почувствовала, как краснеют кончики ушей.
Признаваться в этом было отчего-то стеснительно.
– Печально, – притворно вздохнул Поль, но в глазах его промелькнуло нечто странное. Видно, не каждый день воспитанные дочери светлых говорят ему такое. Обычно магессы блюдут себя для мужа. – Но для ведьмы не критично. Жаль, конечно, что не я повстречал тебя на шабаше, но, надеюсь, тебе было приятно.
Нет, как есть гад!
– О да… Это был незабываемый опыт.
Я до сих пор не знаю, как его зовут. Решение соблазнить ведьмака пришло спонтанно, вместе с выпитыми в баре коктейлями. На нем была иллюзия, на мне – полумаска, и разбежались мы утром очень довольные собой, я с увеличившимся в три раза резервом, он… Не знаю, я исчезла до того, как мужчина проснулся.
– Я рад за тебя, – улыбнулся он. Искренне так, с изрядной долей иронии. – Но меня это не беспокоит.
– То есть мое мнение не учитывается? – нахмурилась я, начиная закипать.
– Ты его изменишь.
Непробиваем!
– Считаешь себя бессмертным? – прищурилась, рассматривая лицо напротив.
Ничего такое лицо, симпатичное, еще бы сбить с него это выражение уверенности.
Карета остановилась, в окно я увидела знакомую вывеску. На первом этаже горел свет и виднелась массивная рогатая фигура, у которой на обоих плечах сидели белки. Морис бдил.