- Вы не представились, - вместо всего сказала Светлана, засунув свой страх по глубже, и ухватилась за край тумбочки, ибо мир вокруг нее закачался. Этого только не хватало. Демонстрировать посетителю свою слабость и уязвимость показалось большой ошибкой.
- Фридрих, герцог Баден, - представился мужчина. Коротко, как будто это должно было ей все объяснить, но Свете было абсолютно ничего не ясно.
Она заметила в кувшине воду, но кружки, чтобы ее налить не было.
- Реверанса не будет, - бросила герцогу через плечо, какой-то частью своей памяти отметив, что именно этого от нее требуется при знакомстве с мужчиной с таким высоким титулом. Но приседать в таком виде и состоянии перед чужим человеком показалось дичью. Поэтому, Светлана ухватилась пальцами за горлышко кувшина, грубо наплевав на все правила хорошего тона. Но переоценила собственные силы, и глазурованная глина выскользнула из слабых рук.
Фридрих наблюдал за пленницей, как кот за мышью. Пепельно-серая, она чудом держалась на ногах, и очевидно после сеанса магического лечения больше не собиралась отдавать Богу душу.
Гвендолин его не боялась, не спешила лебезить перед ним, и вообще всем своим видом демонстрировала, что она ему не рада. Как будто, он не в тюрьму вошел, а ткнулся в изысканный будуар. Хорошо, такое поведение можно списать на шок.
Тонкие пальцы пленницы легли на красную глину кувшина, ожидаемо не удержали его, и сосуд бы разбился, не среагируй Фридрих, инстинктивно остановив падение кувшина почти у пола. Только несколько капель воды упали на камень.
Герцог подошел к девушке в упор, больше не используя магию, подхватил кувшин руками и вернул на место.
При рассмотрении Гвендолин была миниатюрной, и еще более хрупкой, чем казалась от порога. Такой маленькой и беззащитной, будто воробушек со сломанным крылом.
- Вам только книксен делать, - хмыкнул мужчина, протягивая девушке воду. Но так и не отдал кувшин. Его ноздри уловили запах миндаля.
- Вы издеваетесь? - обиделась Светлана, увидев, как резко потянул такую желанную воду к себе герцог. Но пить ее не стал, втянул ноздрями воздух у горлышка, нахмурился еще больше, чем было, демонстрируя умение сводить светлые брови на переносице. От него пахло дымом и искристым озоном. Провел пальцами по блестящему боку, и на глине вспыхнули инеем неизвестные узоры.
- Вас хотели отравить, фройляйн, - Фридрих поставил кувшин, от которого девушка отшатнулась как от змеи.
Худшие его опасения сбывались. Фройляйн фон Брин знала что-то важное, раз от нее хотели избавиться любым путем.
- Будет лучше, если вы сразу скажете, какие у вас были дела с Емельяном Медведевым, и есть ли основания в Тайной канцелярии от вас избавиться.
- Не понимаю о чем вы, - Светлана все еще с досадой смотрела на кувшин. Пить хотелось неимоверно. И если прислушиваться к себе то и есть. Она повернулась к этому напыщенному герцогу, который умел показывать фокусы с холодом: - Я так понимаю, это местная забава - кто первый меня убьет? Кто-то отравить хочет, вы же решили уморить меня голодом.
- Вы такая языкастая, совсем не похожи на умирающую, - раздраженно ответил Фридрих. Но должен признать, что фройляйн права, ее надо покормить, и желательно не допустить, чтобы в пищу тоже подсыпали какой-то яд. - Идите сюда.
Бесцеремонно подхватил девушку на руки, рассудив, что на руках ее будет отнести проще, чем ждать пока она доползет вслед за ним в его кабинет.
Глава 7
На руках у его светлости было неудобно. Пуговицы с кителя впивались в тело, грубый ворс царапал кожу, от близости мужчины и слабости кружилась голова. Одним словом носить девушку на руках, на ее личное мнение, оказалось плохой идеей. Но она покорно обвила Фридриха за шею руками и спрятала лицо у него на груди.