Демон отпускает меня из своих объятий.
— Идём.
Проходя мимо дивана, стараюсь даже не дышать. Мне чудится, что Света или Надежда вот-вот повернут ко мне головы, и окажется, что они видели нас всё это время.
Смотрю на Надежду. Она в ловушке. Мы оставляем её в ловушке.
Почти наступаю на окровавленный нож.
И тут что-то внутри меня обрывается. Впервые в ноздри ударяет резкий металлический запах. Как я раньше не чувствовала? Эта комната пахнет кровью. Всё вокруг пропитано её запахом. Я пропитана этим запахом. Мгновение – и я больше не я. Я полна злости. И эта злость осязаема. Она стучит внутри меня, словно второе сердце. Только перекачивает не кровь, а чистую холодную ярость. Она пульсирует в груди, отзывается в висках, заставляет сжиматься пальцы. И эту ярость я принимаю с радостью. Я дышу ею. Эта ярость и есть я сама.
Повинуясь какому-то злому инстинкту, нагибаюсь, беру нож, подхожу к Надежде и поворачиваюсь к демону.
Он смотрит на меня с хмурым вопросом.
— Беги, — говорю я ему.
Демон пытается броситься ко мне и отобрать нож, но я, удивляясь собственной прыти, успеваю поддеть рукой саван на хозяйке дома, и одним движением цепляю его лезвием. Нож оказывается на удивление острым. Вот, что называется – инструмент шеф-повара. Я изо всех сил тяну вниз и на себя, и нож с треском рассекает несколько слоёв ткани, и, кажется, даже задевает кожу Надежды.
Это длится не дольше секунды, но Света смотрит ошарашено, не решаясь шелохнуться. Я не знаю, что она сейчас видит.
Делаю ещё несколько надрезов, освобождая Надежде руки.
— Удачи, — говорю я, вкладывая нож в её ладонь.
И бегом направляюсь к выходу, хватая по пути демона.
Я вешу на тридцать с гаком килограммов больше положенного при моём росте. Надо уточнять, что бегунья из меня – хуже среднего?
Но мы успеваем выскочить из кабинета раньше, чем Света придёт в себя. Краем глаза замечаю, как она рывком встаёт. А потом дверь за нашими спинами сама собой захлопывается, запирая ведьм в кабинете. За дверью слышится какая-то возня, будто по полу двигают мебель.
Я не останавливаюсь. Демон смотрит на меня недовольно, но помалкивает и следует по пятам. Мы выбегаем на улицу. Меня всё ещё колотит.
Из глубины дома доносится ужасающий визг на все голоса разом, который я уже слышала, когда Надежда была, как бабочка в рамке, пришпилена ножом к паркету.
К её голосу присоединяется другой такой же, и через мгновение дом буквально начинает ходить ходуном. На первом этаже вылетает несколько стёкол, и я понимаю, что это, вероятно, окна того самого кабинета.
Никогда у меня в доме не будет больше кабинета. Ничего хорошего в кабинетах не происходит!
Судите сами! Где я обнаружила своего кобелящего благоверного с нашей общей подругой перед тем, как всё полетело к чертям? Где ко мне явился злобный демон, чтобы снести остатки руин моей жизни? Где на меня с ножом кинулось чудовище в облике всемирно известного фуд-блогера?
Вот именно! Кабинеты. Всё из-за них!
Ноги моей больше в кабинетах не будет. У меня официально кабинетофобия!
Но я отвлекаюсь.
Я подбегаю к машине, засовываю руку в карман и не нахожу там ключей. Когда я успела их потерять? Но я не сильно расстроена из-за своей рассеянности. Смотрю на покрышки и понимаю, что обе по левой стороне пробиты. И не просто пробиты. От них осталась одна лапша.
Обходить машину нет смысла. Я уверена, что и справа то же самое.
К счастью, на подъездной дорожке стоит ещё одна – беленький тонированный нисан джук моей старшей сестрёнки. Если она всё ещё не запирает двери, то у нас есть шанс.
Собираюсь ли я угнать машину своей сестры, пока она сражается не на жизнь, а на смерть с потусторонним чудищем? Да, блин! Собираюсь! Я, может, и не убью её, но я очень, ОЧЕНЬ на неё зла.
Дергаю за ручку водительской двери. Открыто. Ключи в зажигании. И это я, значит, альтернативно одарённая?!
Собираюсь садиться, но замечаю, что с заднего сиденья на меня взирают две пары удивлённых детских глаз.
— А разве это не тебя мама сейчас убивает? – любопытно спрашивает Соня, моя младшая племянница. Она пьёт воду из бутылочки в виде розового кролика, и стучит ножкой по переднему сиденью.
— Заткнись, Сонька! – шикает на неё старшая, Кристина, и пихает локтем.
— Но мама сказала, что размотает её кишки по ёлкам! Мы приехали посмотреть, — веско аргументирует Соня, за что получает ещё один тычок и многозначительный взгляд.
Ещё час назад я бы офигела. Но теперешняя я лишь сажусь на место водителя и взглядом даю понять демону, чтобы следовал моему примеру. Он открывает пассажирскую дверь и, опасливо косясь на моих племянниц, всё же залазит на сиденье.