Иду в кабинет. Сейчас открою дверь, а там пусто. Так ведь?
Открываю дверь. Нифига не пусто! Вот круг, вот горящие свечи, вот голый мужик! Впрочем, никакого пламени, клыков, рогов. Обычный мужик. Возможно, более голый и злой, чем большинство. Но полбутылки вискаря в одно горло уже делают своё дело.
– Чего ты орёшь? Тебя не существует! – шиплю я.
– Ответь мне, что тебе нужно от меня, порочная тварь! – он смотрит на меня с неприкрытым презрением.
Я вообще-то чрезвычайно быстро пьянею. Сейчас алкоголь во мне требует справедливости.
– Во-первых, хватит орать! Люди спят! Во-вторых, хватит обзываться! Я же с тобой нормально разговариваю, хоть ты и не настоящий! В-третьих, исчезни, пожалуйста, бесследно, я приберу в комнате, и мы оба забудем об этом навсегда!
Он будто обдумывает сказанное.
– Не настоящий? А какой же? – наконец-то он больше не орёт.
– Не знаю! Ты мне кажешься! Или снишься! Или я схожу с ума от сидения в четырёх стенах. Но тебя точно не может быть!
– Отчего же? – говорит он со странной улыбкой.
– Ну, вот ты кто? Ты же демон, да?
– Демон, – говорит он немного растерянно.
– Ага! А демонов что?
– Что?
– Не бывает!! И прикройся уже!
Я подбираю халат и кидаю в круг через полкомнаты.
– Надевай-надевай, – настаиваю я.
Вообще-то вид оголённых людей меня совершенно не смущает. Всё-таки и среднее и высшее у меня – художественные. Видеть и даже рисовать тела всех форм и размеров я привыкла. Но из-за того, что он голый, вся ситуация кажется ещё более сумасшедшей. Так что пусть прикроется.
1.4
***
– И прикройся уже! – вскрикивает ведьма.
Щёки ведьмы горят, она не на шутку растеряна. Она твердит, что Корвус – лишь плод её воображения, и по тому, как она была напугана в прошлый визит, он почти готов ей поверить. Ведь он бы почувствовал фальшь.
Люди во многих мирах не знают о существовании мира демонов, так что её испуг можно объяснить. Будь она просто человеком. Но как тогда объяснить магическую ловушку на полу? И книгу в углу, ту самую, от которой разит колдовством?
Если она говорит правду, решает он, то будет несложно уговорить её открыть темницу. Да и вид босой растрёпанной девушки в ночной рубахе задевает определенные струны его демонского нутра.
– Надевай-надевай! – настаивает она, указывая взглядом на белую тряпицу на полу.
– Я не могу, – отвечает Корвус с недоброй улыбкой. Ему хочется всё делать наперекор ведьме, просто из внезапно проснувшегося в нём духа ребяческого противоречия..
– Это почему ещё?! – спрашивает ведьма.
– Меня не существует, – отвечает Корвус и хищно улыбается во весь рот.
Ведьма хмыкает, разворачивается и уходит.
– Эй, ведьма! – кричит ей Корвус вслед.
– Чего тебе?
– Я голоден! – на самом деле, нет.
– Перебьёшься!
– Позвала, так уважь подношением!
Она возвращается, смотрит с укором:
– Невинных душ и младенцев в моём меню нет, так что я не знаю, что тебе предложить! – она ещё милее, когда злится.
Корвус старается звучать примирительно. Воинственность не сыграет в его пользу, а он и так уже слишком дал себе волю:
– До меня доносится аромат жареного мяса, – говорит он.
– Вот, чёрт! Блин! Котлетки! – вскрикивает ведьма и мчится куда-то со всех ног.
Корвус остаётся один. Он слышит вдалеке звон посуды. Оглядывает стены темницы. Видимо, эта комната предназначается специально для ритуалов, поскольку никакого убранства тут нет. Лишь портрет без рамы на стене. На портрете двое молодых мужчин и пентаграмма в горящем круге. Почти такая же, как та, в которой заперт сам демон. Мужщины-ведьмы? О таком Корвус не слышал. Но было бы правильно, если бы и мужщины-ведьмы тоже существовали.
Спустя некоторое время ведьма возвращается. На ней поверх сорочки розовый халат из меха неизвестного существа. В руках поднос с тарелкой, чашкой и бутылкой. На тарелке ароматная пища. В бутылке какое-то зелье. Она подходит к оставленному на полу стакану с водой, ставит его на поднос, поднос подпихивает в круг к Корвусу при помощи странной метлы.
Наверное, это её колдовское летало, догадывается Корвус.
– Приятного аппетита! – кидает ведьма, и удаляется.
Через минуту возвращается с подушкой и ещё одним подносом, на котором еда, очевидно, для неё.
Она усаживается у противоположной стены, подкладывает подушку под спину и располагает поднос у себя на коленях. Отпивает из чашки, морщится, и, молча, принимается за еду.
Корвус тоже начинает есть. Он отхлебывает прямо из бутылки. Какое бы зелье она ему не уготовила, опоить или отравить демона невозможно.