– Что ты хочешь, чтобы я сделала?
– Позвони маме и скажи, что поживёшь у меня недолго. Пусть не волнуется.
Я не знаю, что у него на уме, но сходу звучит, как плохая идея. Однако, я над собой не властна, так что открываю сумочку и достаю телефон.
– Что мне ей сказать? – слышу я свой голос.
– Всё, что потребуется, чтобы она поверила, что их план работает. Скажи, что ты всё поняла, что тебе всё привиделось, что ты нездорова… всё в этом роде. Поплачь, и поубивайся, если потребуется. Пусть ведьмы думают, что они ещё что-то контролируют. Я верю в твой актёрский талант. А когда они предложат приехать и забрать тебя, скажи, что ты уже с другом – со мной. Вот это будет потеха!
Делаю всё, как сказано. Да когда уже выветрится та дрянь, что он мне подсыпал?!
Набираю номер и слёзно рассказываю маме, что мне уже лучше. Что демона я больше не вижу. И что я видела сторис Надежды про нападение. Что говорила с сестрой, и мне ужасно жаль, что я поставила под угрозу её детей. Посыпаю голову пеплом и обещаю исправиться.
Интересно, смогла бы я так сыграть не под принуждением?
Меня тошнит от самой себя.
– Где тебя забрать, доченька? – спрашивает мама.
– Не надо. Я с другом. Сама скоро приеду.
– С другом? С каким другом? С тем другом, что говорит тебе о ведьмах?
Сёма, который с довольной мордой наблюдал за этим разговором, одними губами командует: «Дай мне трубку».
Вручаю ему свой телефон.
– Доброй ночи, Анна Андреевна! – говорит он бодро. – Рад слышать Вас в добром здравии!
На том конце – молчание.
– Вы меня хорошо слышите? – уточняет Огнев.
– Семён Огнев? – спрашивает мама напряженно.
– Он самый! – улыбается Сёма.
– Слышу прекрасно, – отвечает мама ледяным тоном.
– Мы тут случайно встретились с Марусей. Чистое везение!
– Не сомневаюсь.
– Она согласилась погостить у меня немного. Пока, ну… не обретёт какое-то внутреннее равновесие.
Он явно ждёт маминого ответа, но та молчит. Поэтому он продолжает.
– Нам с Марусей столько нужно наверстать! – он произносит последнее слово с нажимом.
Молчание.
Но я кожей ощущаю, как в маме кипит ненависть.
Сёма улыбается мне ослепительной улыбкой:
– Я думаю, мы даже устоим небольшую вечеринку. Позовём всех!
– Вечеринку? – переспрашивает мама.
Но это не звучит так, будто она не расслышала или недопоняла. Это звучит так, будто она понимает его даже слишком хорошо.
– О! Вечеринки у меня закачаетесь. Вы тоже приглашены! Скажем, послезавтра. И берите всех подружек. Обещаю, все просто умрут от этой тусовки.
– Слушай сюда, крылатый гадёныш… – начинает мама.
Но она не успевает договорить.
– Место сбора сообщу позже, – бодро и весело бросает Огнев и отключает звонок.
Он проходит вглубь квартиры, открывает окно и кидает мой телефон так далеко, что позавидовали бы некоторые бейсболисты.
Надеюсь, что мой мобильник не убил никого при приземлении. Сёме, очевидно, безразлично – он закрывает окно и возвращается ко мне с видом радушного хозяина.
– Ну, вот и всё, Чудик. Располагайся. В холодильнике есть еда, питьё и вообще всё, что захочешь. Интернета и телефона нет. Но зато есть Тихон.
– Кто? – только и успеваю спросить я.
– Ти-и-ихон! – зовёт Огнев, и из дальней комнаты к нам выходит парень.
На вид не более двадцати. Больше о нём и сказать-то нечего. Если в мире и существует совершенно среднестатистический парень, то знакомьтесь – Тихон. Одет он тоже так, что дважды на него в толпе и не взглянешь-то.
Я слышала, что некоторые телохранители и преступники пользуются тем, что называется «тактика серого человека». Смысл, я думаю, понятен: выжигай в себе всё, что делает тебя заметным, и не отсвечивай.
Так вот: Тихон мог бы давать мастер-классы.
– Это Тихон, – говорит Сёма с такой гордостью, будто сам его сделал.
Тихон тем временем становится за мной.
– Не подходи к входным дверям и окнам ближе, чем на метр, не пытайся сбежать и не оказывай сопротивления, и тогда совсем скоро Тихом станет для тебя просто неприятным воспоминанием.
Итак, отсюда всего один выход. Надо только придумать, как обойти этого Тихона.
Огнев задумчиво смотрит на меня:
– Но я тебя знаю, Чудик. Ты попытаешься, верно? Думаю, нам понадобится небольшая демонстрация. Тихон, – командует Огнев.
Я не успеваю даже обернуться. Крепкая рука хватает меня за волосы и с силой дёргает назад. Не удержавшись на каблуках, падаю на пол, больно ударяясь копчиком. Но Тихону плевать. Он продолжает тянуть меня за волосы по полу. Я, тщетно пытаясь кричать и сопротивляться, силюсь хотя бы вернуть себе понимание, где верх, а где низ. Меня пару раз переворачивает, и я больно проезжаюсь лицом и ладонями по шершавому ковру. Пока не обнаруживаю, что мы уже на балконе. Я не боюсь высоты. Но кто угодно испытает приступ фобии, когда тебя волокут к перилам, хватают за горло и полусвешивают с небоскрёба. Я замираю, как олень в свете фар.