Вообще, странно быть той, кто слышит разговор двоих но не может его понять, ведь между ними есть история, и они могут понять друг друга, даже не разговаривая.
Эмрис быстро кивает нам.
- Мы скоро перевоплотимся и отправимся в столицу в мой дом, с которым, ты знакома. Нужно подготовить дитя к дороге.
Он уходит и мы с Аланом остаемся наедине.
- Вы подчиняетесь полностью Эмрису? - я задаю глупый вопрос, чтобы хоть что-то говорить. Чтобы не быть в неловкой тишине.
- Да, он мой милорд, военачальник. Он сильнее меня, старше, умнее, я это уважаю.
- Все же, он просто наследник трона, - бормочу я, и тут же осекаюсь. - Я не спорю что он умен и благороден, но трон он получил по праву крови а не за эти качества. Был бы он другим, власть все равно была бы у него, - я пожимаю плечами, пытаясь сгладить свою мысль.
Алан же задумчиво смотрит вдаль, углубившись в какие-то свои мысли.
- На самом деле, мы с ним родня, у нас один дед, как раз повелитель. И мои родители говорили, что я могу и я должен вступить на трон. Я должен тренироваться, вызвать Эмриса на поединок, победить и занять его место. Но я этого не сделал.
- Ты боялся, что проиграешь?
- Я не знаю. Я просто не хотел. Если я проиграю, я буду унижен. Если я выиграю, получу власть, которая мне не нужна, - он пожимает плечами. - В любом случае, я потеряю самое ценное, что у меня есть - лучшего друга, наставника, учителя и брата - Эмриса. Я его предам. В любом случае, я лишу королевство нашего тандема, ведь мы верим друг другу, как себе и это усиливает нас в бою. Когда я сказал это родителям, отец сказал, что больше сына у него нет, ведь он, так надеялся что я стану Повелителем, он растил меня ради этого. Потом Эмрис, по моей же просьбе, отправил меня в лес. Потому что, мне больно быть в столице, быть среди людей и иметь возможность сталкиваться с моими родителями. Даже больно сталкиваться и с ним, ведь не предав его, я предал их. Везде подлец, - он усмехается. - Для всех я негодяй. Но договор был таков, что в любой момент, если Эмрис позовет, я помогу. Поэтому да, если у тебя есть какие-то хитрые мыслишки о том, чтобы разбить нас. Чтобы рассорить, чтобы сделать слабее, забудь.
Он говорит такие ужасные вещи, таким спокойным тоном, что я поражаюсь. Отходит от меня, садится на табурет, в ожидании Эмриса.
- Я бы и в жизни о таком не подумала! - вомущаюсь я. - Зачем мне это?
- Хорошо, - спокойно кивает он.
- Но, если тебе больно быть в столице, зачем ты попросил себе сейчас место там? - не понимаю я.
- Я попросил не место там, глупышка. Я попросил место рядом с тобой. Твоя история меня слегка пробудила от моего грустного сна. И твой побег от семьи, когда вы не совпадаете с ними ценностями, тоже. Поэтому, не обессудь, но ты мне интересна.
- И только? Тебе интересна только моя история, и моя семья, верно? - уточняю я.
- Нет, - он поднимает на меня взгляд зеленых глах. Я чувствую в них хитрецу и какой-то огонь.
Не надо быть дурой, чтобы понять о чем он думает. Что он имеет ввиду.
Вдруг, всё вокруг меняется. Комната становится темной, а я лежу на постели, впиваюсь пальцами в сильные и слегка смуглые плечи. Двигаюсь в такт резкому, страстному ритму, слушая поскрипывание кровати и стук её об пол.
- Чего ты хочешь, милая?
- Только не останавливайся, Алан, прошу, - я слышу собственный голос будто издалека.
- Фейт! - я глупо хлопаю глазами и смотрю в испуганное лицо Алана.
- Что такое? - бормочу я.
Оглядываюсь, комната снова светлая, рядом малышка. Алан. Мы ждем Эмриса, чтобы отправится в столицу. А вот и он, в дверях.
- Это было видение? - спрашивает Эмрис, я чувствую как сердце начинает стучать в горле.
Видение. У меня было видение. О будущем? Это было будущее? Но... откуда?
- Да, кажется, видение, - у меня так кружится голова, что я едва стою на ногах.
- Она чуть в обморок не свалилилась. Стоит спокойно и тут падает, - всплескивает руками Алан.
Боги, лишь бы они не спрашивали, что мне привиделось.
- Я слышал звон. Смерть жрицы, - говорит Эмрис.
- Я не понимаю.
- Видения бывают только у жриц, это подарок Гелаты, а я слышал звон, Повелитель всегда его слышит, если жрица уходит в иной мир, чтобы знать, что лицо врага изменилось. Кажется, за побег твоя бабушка решила наказать тебя строже, чем мы думали. Она передала тебе силу.
Тебе будет непросто
От осознания того, что случилось, мне становится дурно. Но мужчины, больше ничего мне не говорят, будто то, что я стала жрицей ничего не меняет.
Эмрис оставляет люльку для малышки и снова уходит, а Алан просит меня выйти во двор. И там, я пораженно застываю, увидев огромного золотого дракона, что опустив шею, явно ждет, чтобы я села на него.