– Очень странно, – протягивает надо мной мужчина. – У тебя не останется ни единого шрама, ни одного рубца.
– Что? – касаюсь шеи пальцами, ожидая нащупать волдыри, но чувствую лишь шероховатую кожу.
Когда с ведьм снимают обруч на их шее остаются глубокие шрамы от лопнувших волдырей и гноящиеся язвы. Ничего подобного у меня нет.
– В любом случае смазывай, – озадаченно проговаривает целитель.
Он продолжает меня осматривать, вертит голову из стороны в сторону, будто не верит своим глазам.
– Пошли, – наконец слышу долгожданную фразу и с готовностью подскакиваю.
Воздух в коридоре после кабинета целителя кажется затхлым, а темнота не пугает, а наоборот успокаивает. Давлю зевок и представляю, как лягу на мягкий матрас, укроюсь тёплым одеялом и усну.
Но моим ожиданиям не суждено сбыться.
Едва я захожу в комнату, как вижу, вальяжно развалившегося на кровати Грома.
– Давно не виделись. Иди сюда, познакомимся поближе.
Глава 8
Мнусь на месте, не зная как реагировать на столь наглое поведение. Смотрю, как мужчина взбивает подушку, намекая, что подготовил для меня место, и манит пальцем.
Поджимаю губы, недовольная сложившейся ситуацией, и иду к стулу, намереваясь сесть, раз уж мне не суждено иного. Вопросительный взгляд Грома игнорирую, делаю вид, что его нет.
– С инквизитором ты более сговорчивая? – продолжает подначивать он.
Я вспыхиваю, щеки заливает краской.
– На все согласилась, что он предложил?
Делаю рванный вдох и закашливаюсь. Что за намёки? Что за фразы?
– Ни на что не согласилась – шиплю гневно, смотрю на ухмыляющегося мужчину и сгораю от желания кинуть в него чем-нибудь тяжелым.
– Странно, – невозмутимо говорит он. – Инквизитор сказал обучить тебя всему, а потом отправить к нему.
Округляю глаза и смотрю, открыв рот, на Грома. Мне знакомы эти намёки, фразы, которые можно повернуть в любую сторону, которую выберет собеседник.
Время, проведённое в камере с ведьмами, не прошло бесследно. Сначала они смеялись над моей наивностью, которая, как назло, сочилась при любой возможности. Я легко верила в хорошее отношение ко мне и делилась сокровенным, а потом обжигалась. И так каждый раз, пока не поняла: среди ведьм, проливавших кровь, нет тех, кто может проявить ко мне хоть какое-то чувство сострадания, захотеть помочь или поддержать. Для них я белая ворона, ведьма-отброс для издевательств.
Беру себя в руки и спокойно спрашиваю, вспомнив, что мне помимо близости предлагал инквизитор.
– Тебя он видимо достаточно просветил во все те вопросы, которые ты мне задаешь. Если знаешь на них ответ, изволь меня больше не тревожить.
Гром хмыкает и свешивает ноги с кровати, намереваясь встать.
– А что касается более близкого знакомства, оно нам не понадобится. Твоя задача, если ты внимательно слушал инквизитора и он действительно говорил с тобой насчет меня, заключается лишь в моем обучении.
– И я бы с радостью за него взялся, – говорит Гром, приближаясь ко мне. – Но вот скажи, почему он снял с тебя обруч? Что ты для этого сделала?
– Тебе стоит вновь с ним поговорить, – выставляю руку, не даю мужчине приблизиться. – Я слабая женщина и мне доверия больше, чем к мужчине, который может в любой момент сорваться. Может дело в том, что я лучше себя контролирую?
– А может дело в том, что тебя есть, кому остановить, если решишь ослушаться?
– Возможно, – безразлично веду плечом. – В любом случае, это решение инквизитора и, если тебе что-то не нравится, говори с ним.
Гром заводит руку за мою спину и опирается об спинку стула. Мне не по себе от его близости, я едва держусь, чтобы не вскочить, но знаю – ведьмам нельзя показывать страх и трепет.
– Кровать свободна, – наклонившись, шепчет мужчина. – Я выспался днем.
Его голос пробирает до дрожи, но я продолжаю невозмутимо сидеть.
– А еще ты стала во всем видеть двойной смысл, – выпрямившись, говорит Гром. – Слишком долго нежная девочка просидела среди ведьм.
– Можешь оставить свои выводы при себе.
Тру переносицу, устало вздыхаю, показываю всем своим видом, что его болтовня меня утомила.
– А как же познакомиться поближе? – вкрадчиво произносит Гром. – Расскажешь, где росла, какие зелья умеешь варить, что знаешь о ведьмах. Ведь ты пошла на сделку с инквизитором, раз он снял с тебя обруч. Мне предстоит многому тебя научить, прежде, чем ты будешь готова к встрече с ведьмами.
Невыносимый мужчина! Пытается играть словами, чтобы посмеяться! А может, я сама себя накрутила и действительно везде вижу то, чего нет?! Ведь то, что произошло в кабинете инквизитора, знаю только я и он? О нашем поцелуе и о том, что последовало после, Гром не ведает. Я действительно бы иначе восприняла все его фразы, не будь так взволнованна случившимся…