Кошусь на него с безразличием и продолжаю лежать.
– Новенький на выход! – гремит голос, а одарённые, владеющие силой воздуха и воды, заходят к нам в камеру.
– А если не хочу? Вон, – кивает он в мою сторону, – забирайте больную.
Наши стражники терпением не отличаются, направив на него копья, заставляют встать, пару раз тыкают острием до крови и выводят прочь.
– Инквизитор прибыл? – спрашивает со страхом женщина, которая сидит напротив меня и едва сдерживается от рыданий.
– Да, – коротко отвечает стражник и подходит ко мне.
– Я тоже? – спрашиваю сиплым голосом.
Нехотя мои руки начинают трястись, я думала, что смирилась, но, оказывается, нет. Страх парализует тело.
– Да.
Покорно поднимаюсь, жду, когда меня потянут за цепь кандалов и выведут.
Я щурюсь от яркого освещения, следуя за стражниками по петляющим коридорам. Горящие факелы на стенах потрескивают огнём, следом за мной ведут еще четверых.
Глава 2
Гром и я не сопротивляемся, не молим об отсрочке и не падаем на колени, заламывая руки, в отличие от остальных. Единственное, о чем я буду просить, это не проводить процедуру изгнания тьмы. Я и так знаю, что обречена. Но надеюсь, что инквизитор, поняв, что на моих руках нет крови, сжалится и выберет нечто более гуманное.
Мы долго идем, поднимаемся по лестницам и много раз поворачиваем, прежде, чем меня запирают в камере, а остальных ведут дальше.
Растерянная, провожаю ведьм и стражников взглядом и осматриваю новое место. Теперь в камере я одна, на солому кинута пара одеял, есть подушка и даже ведро с водой. Особые условия для клейменных? Усмехаюсь, думая, как разозлиться инквизитор, когда узнает правду.
Поддавшись слабости, ложусь и сразу засыпаю, а после пробуждения спешу смыть грязь с лица и рук, обтираю себя мокрой тряпкой, которую сделала из подола некогда красивого платья и закрываю глаза, получая немалое удовольствие.
– Эта вода была для питья, – вздрагиваю от голоса стражника. – Ешь.
Смотрю на чистую глиняную тарелку и ложку, а когда мужчина просовывает между прутьями еду и ждёт, когда я подойду, застываю в недоумении.
– Ну? – торопит он. – Бери.
В нос забивается аромат томленного мяса и овощей, с недоверием делаю шаг, протягиваю руку и замираю.
– Что я буду должна за еду?
– Ничего, – пожимает плечами стражник. – Инквизитор распорядился подготовить тебя к очищению. Перед этим надо набраться сил.
Во рту сразу становится горько. Ком в горле мешает дышать.
– Я не голодна, спасибо, – говорю сипло. – И не безопасно подходить к ведьмам, они могут ранить.
Мужчина усмехается и кладет тарелку на пол, отходит, скрещивает руки, ждёт, что я передумаю.
Качаю головой.
– Он будет недоволен.
– Тобой или мной?
– Тобой.
– Если только мной, то ничего страшного, – отвечаю и смотрю на лежанку, безумно хочется прилечь.
– Ты странная для ведьмы, – озвучивает свои мысли стражник и поворачивает ключ в замке. – Переходи в соседнюю камеру. И протяни руки, сниму с тебя кандалы.
Захожу куда сказали без лишних вопросов, хотя они так и вертятся на языке. Передо мной стоит высокая бадья, наполовину наполненная водой, на скамейке лежит кусок мыла, чистая нижняя рубашка на завязках спереди, юбка, шаль и гребень для волос.
– Раздевайся, мойся.
– Могу отказаться или это обязательно?
– Уже обязательно, – твёрдо заявляет стражник.
Мнусь, не желая раздеваться при нём, но, зайдя за бадью, стягиваю платье.
– Спасибо, – искренне благодарю, когда мужчина отворачивается.
Вся сжимаюсь, ожидая погрузиться в ледяную воду, но она достаточно тёплая, чтобы можно было комфортно помыться.
Промываю волосы, распутываю их пальцами, расчесываю гребнем, пока истощенное тело отмокает в воде. Одежду натягиваю сразу, как только замечаю переминания стражника с ноги на ногу, понимая, что задержалась, а терпение у него не безграничное.
– Сама пойдёшь? – спрашивает он, намекая на сопротивление перед неизбежным.
Уверено киваю и иду рядом, но не рассчитываю свои силы и дрожу, а после, когда понимаю, что мы почти пришли и вовсе позорно всхлипываю.
– Всё хорошо будет, не бойся, – зачем-то подбадривает меня мужчина.
Видимо, он не хочет тащить меня остаток пути. Ноги тяжелеют с каждым шагом, я едва не падаю, запнувшись об собственную юбку, но продолжаю идти.
Когда захожу в комнату, ожидаю увидеть изувеченные тела ведьм, но там нет и намёка на их присутствие. Чистое, просторное помещение, с длинным столом посередине и развешенными травами по углам больше напоминают лавку целителя, чем комнату инквизитора для изгнания тьмы из ведьм.