– Проходи, – подталкивает меня в спину стражник, навстречу трём мужчинам, один из которых в маске. – Помочь? – спрашивает он и кивает на меня.
– Справимся, девочка умная, – говорит человек в маске, а стражник оставляет нас.
– Вы инквизитор? – спрашиваю заикаясь.
– Разговоры после, – строго говорит он. – Мне надо тебя осмотреть. Ложись на стол.
Не получив ответа, заявлять во всеуслышание, что я всех обвела вокруг пальца, и на самом деле являюсь рождённой тьмой, не спешу. Мало ли, какое наказание понесу за свой обман. Я признаюсь лишь инквизитору.
Молча, делаю, что мне сказали.
– Привязывать? – слышу вопрос одного из мужчин и дергаюсь, закрываю лицо руками.
Мне страшно.
– Пока нет.
Чувствую, как развязывают тесемки на рубашке, так чтобы была видна вся метка.
– Слишком худа, сначала надо набраться сил. Сколько, говоришь, она не ест? – говорит незнакомец в маске птицы и надавливает пальцами на рёбра.
Я приоткрываю глаза, и справа от себя вижу мужчину, которого привели к нам неделю назад. Он подмигивает мне и улыбается. Вот, как инквизитор узнаёт всю информацию о ведьмах, подсылает шпиона.
– При мне всего пару раз ела.
– План такой, – поворачивая мое лицо к себе за подбородок, говорит незнакомец. – Метка большая, сводить будем в несколько этапов. Бояться нечего, будет больно, но рядом целитель, выживешь, но перед этим надо неделю-две хорошо спать и есть. Может и больше, посмотрим на твоё состояние. Как тебя зовут?
– Вы инквизитор? – шепчу, едва ворочая языком.
– Вопросы задаю здесь я, – грозно бросает он, и говорит, по всей видимости, целителю: – Смотри, здесь опасное расположение возле рёбер и у шеи, подумай, что можешь сделать.
Целитель вместе с ним щупает моё тело, а незнакомец в маске в упор смотрит на меня.
– Как тебя зовут?
– У меня нет имени.
– Какое было до того, как попала сюда?
– У ведьм нет имени, – говорю заученные фразы, которые обязана произносить перед одарёнными.
– Хорошо, я дам тебе новое, но после.
– Вы инквизитор? – повторяю свой вопрос и для убедительности добавляю: – Есть то, что он должен обязательно знать.
Глава 3
– Он перед тобой, говори.
Во рту сохнет. Признаваться в том, что ускорит мою гибель необычайно тяжело. Сжимаю кулаки, задерживаю дыхание, смотрю в темно синие глаза инквизитора, которые не выражают никаких эмоций. Не будь на нём хищной маски птицы, возможно, я бы поняла по изгибу губ, его реакцию на мои слова. Но, увы, ничего кроме глаз, увидеть невозможно.
– Я говорю это, чтобы вы избавили меня от мучений, – тяжело сглатываю, поджимаю губы, вижу, как инквизитор прищуривается, наклоняется надо мной. – Я никогда не проливала кровь, я чиста своими помыслами и никогда не вредила людям. Вы можете не поверить мне, тем более, когда узнаете обо всём, но я не вижу смысла утаивать то, что и так станет явным через некоторое время и вызовет ваш гнев.
Закрываю глаза, сдерживая подступающие слезы, делаю над собой усилие, чтобы произнести то, что может убить меня прямо сейчас. Втягиваю шею в плечи, опускаю подбородок, напрягаюсь, готовая немедля понести ответственность за правду.
– На моём теле не метка, а татуировка, а я не меченная, а рождённая ведьма.
Инквизитор оголяет мою грудь, давит пальцами на чёрный рисунок, оттягивает кожу.
– Прошу сделать исключение и избавить от мучений, – говорю сквозь слезы.
– Просишь смерти? – вздрагиваю от его вкрадчивого голоса.
– Лёгкой. Ведьмы не достойны жить.
– Твоя смелость похвальна. Говоришь, не питала тьму кровью?
Киваю, давлюсь комом в горле и закашливаюсь.
– Ну, полно тебе, – недовольно протягивает инквизитор, – а то действительно слишком просто умрёшь.
Осознаю смысл его слов и срываюсь с места, вскакиваю, запахивая рубашку на груди. Я пытаюсь выиграть время, пытаюсь донести до него, что меня отличает от других.
– На мне нет крови! – кричу, срываясь на хрип от спазма в горле.
– Держите её, – без каких-либо объяснений и желания прислушаться ко мне командует инквизитор, посылая кивком своих помощников поймать и утихомирить меня.
Обратно к столу меня волочат под локти, трясусь так, что стучат зубы. Руки заводят высоко над головой и привязывают к специальному выступу, стертому после многочисленных прикованных к нему ведьм. Ноги разводят в стороны и фиксируют ремнями. Я распята перед инквизитором и полностью отдана его власти.
– Если расслабишься, будет легче, – зачем-то говорит он.