Так тянулись дни. Три раза в день ко мне приходила служанка, опасливо косилась, оставляла еду и уходила. Велик был соблазн шепнуть ей вслед пару проклятий, но я понимала, что девушка тут совершенно не при чем.
Меня удивляло многое. Например, то, что по традиции я должна была есть, сидя на полу. Но в комнате стоял столик и пара стульев, на одном из которых я и сидела во время своих трапез. Значит ли это, что жених не собирается принижать меня перед собой? Или он – уроженец папиного княжества? Может быть, он просто знает, как я отношусь к традициям такого рода? В логике этих демонов черт ногу сломит.
На третий день мне надоело спать и есть. Решив, что сбежать пока не получится, я принялась за любимое дело – за чтение. Слава Создателю, книжные полки были полны литературы. Вот только языка, на которой эта, несомненно, интересная литература была написана, я не знала.
Прибавить ко всему этому причастность моего отца, и все становится совсем сложно и непонятно. Может, я просто глупа? Вдруг все вовсе не сложно, а ответы на поверхности?
Я качнула головой и отодвинула от себя книгу, что выбрала для чтения. По какому признаку выбирала? Просто она лежала на верхней полке, запылившаяся и никому не нужная. Прямо как я сейчас.
– Решила почитать?
– Иди к черту, – я тяжело вздохнула, переводя взгляд с окна на редкого гостя. Снова этот наглый тип с синими глазами. Он не стал отвечать, просто подошел ближе. Слишком близко. Нельзя так поступать с человеком, которого обидел. И уж тем более если этот человек – разозлившаяся демоница из княжеского рода.
Книга неведомым образом опустилась на голову моего жениха-обидчика. В комнате с быстрой последовательностью раздалось два звука: глухой удар и завывание бедного демона. Не Княжича, потому что глаза не такие как у Калеба. Эта мысль чуть не остановила мой порыв сбежать, но я вовремя опомнилась и пустилась к двери, которую парень забыл запереть и даже не прикрыл. Свет снаружи был более яркий, и я на секунду потеряла возможность видеть. Однако желание бежать из этого места было сильнее, и я вновь сумела преодолеть себя и обстоятельства. Похоже, у меня вырабатывается стойкая привычка бороться с жизненными трудностями и подставами рогатых гадов.
В общем и целом уйти из огромного здания было действительно просто. Вспомнились слова тетушки Киры, которая надавала мне огромное количество напутствий и рекомендаций. Последним, что она сказала, были такие странные слова: «Когда не будет выхода, жди, а потом беги, беги быстро и уверенно, так, как никогда не бежала». И я бежала. Босиком, бежала в лес, потом по сухой листве, стараясь не наступать на ветки и острые камни. Легкие жгло, а сзади, кажется, за мной гнались. Не помню, как в мою голову пришла идея забраться на дерево, но после того, как я это сделала, бежать стало сложнее. Зато стало казаться, что от преследователя я ушла. Рука на месте татуировки, вопреки моим ощущениям, горела, заставляя сильно сомневаться, что побег удался.
Одна за другой появлялись сумасшедшие идеи о том, как избавится от претившего знака помолвленной демоницы. Дошло до того, что моя больная головушка предложила срезать слой кожи. Хорошо, что инстинкт самосохранения протестовал, объясняя это тем, что наверняка это ничего не даст. Кроме боли и крови. Поняв, что только торможу процесс побега, я спустилась с дерева и поторопилась ускориться, дабы наверстать упущенное время.
– Ой, Потеряшка! – умилился мой старый знакомый, принимая в лохматые объятия. Слишком хорошо я помнила нашу первую встречу, поэтому уже собиралась испугаться. Шерсть лешего была сильно потрепана, в некоторых местах проглядывали проплешины. Смотрел на меня он зловеще. Пугаться я передумала. Судя по его виду, он совершенно точно решит меня убить. А раз так, то смысла бояться нет. Верно?
– Здрасти. А вы тетушку Киру не видели? Она тут меня ждать должна, – я мило улыбнулась, пытаясь нащупать нить судьбы яркого представителя одной из редчайших видов нечисти. Разве честно, что из лап одного чудовища я попадаю в руки второго? Вернее, наоборот. У демонюки были руки, а у лешего – лапища. Но это не так важно, когда в опасной близости от тебя стоит огромное существо, готовое то ли съесть, то ли просто убить тебя.
– Брешешь! Рогатый обещал, что здесь этой стервы не будет! – Леший посмотрел на меня с сомнением. Этой заминки мне хватило, чтобы вплести проклятие в судьбу лохматого.
– Чтоб ты на каждом шагу спотыкался, ирод! – уверенно пожелала и попыталась продолжить. – Чтоб тебе икалось до потери сознания! Да чтоб тебе… на кикиморе жениться!
Кивнув для убедительности, я постаралась закрепить проклятие узлом и рванула в самую чащу леса. Сзади слышалась басовитая ругань, прерывающаяся на икоту. Думаю, мне уже можно поступать на высшее магическое. Кажется, по проклятиям у меня будет твердое «отлично», иначе прокляну преподавателя…