Принц выслушал с каменным лицом, а глаза снова превратились в две ледышки. Упоминать имя Лилитаны Трикси не решилась. Зато решилась спросить, за что герцогиня так ненавидит пасынка.
Риата неприятно усмехнулся и ответил:
– Иногда я думаю, что она ненавидит меня. Благодарю, мой паж, одна из частей головоломки встала на место.
Он развернулся и торопливо пошёл назад к жилым покоям. Трикси с трудом поспевала следом, приноравливаясь к широкому шагу. Коридор был пуст, и взгляд снова зацепился за пятисвечный канделябр со сложным узором из листьев и кистей винограда, пришлось себя одёргивать – не время.
Слишком много надо сделать, чтобы второй наследник выжил. Слишком много… Только теперь накрыло осознанием, что все они тут ходят по лезвию бритвы. И что, скорей всего, свои планы ей придётся отодвинуть до тех пор, пока заговор не будет раскрыт.
Вслед за злым принцем Трикси на высокой скорости влетела на мужскую половину, где тот с порога начал раздавать приказы слугам. Ему срочно потребовались: аметистовая пыль, заговорённые от кражи шнурки, мелкая серебряная монета, закалённые гвозди и драконьи орешки.
Сначала она опешила, а потом… что-то такое ей попадалось в старых фолиантах на собственной Стороне. Только вместо «драконьих орешков» у них брали «волшебные бобы», тоже довольно специфической формы корешки.
– Вы владеете секретом изготовления артефактов, мой принц?
– Артефактов? Я хочу всего лишь сделать несколько амулетов для слуг. Ступай, это срочно.
Ведьмы не сильны в изготовлении амулетов, но…
– Мой принц, осмелюсь предложить ещё щепотку кладбищенской земли. Беспокойники примут живого за мёртвого, а в идеале сами захотят вернуться в землю.
– Уверен? – только и спросил риата.
– Да, мой принц.
– Ты очень странный парень, Трикси, но в тебе нет коварства. Позови сюда Крея.
Трикси так и не поняла, принял ли Райнбрин её совет или сделает всё по старинке. Но его слова были свидетельством зарождающегося доверия. По крайней мере, ей хотелось так думать.
Крей побежал к брату чуть не вприпрыжку, Пьер проводил его и вернулся, а Селестина… В это время они с Волчком общались с Кандис. Трикси с облегчением выдохнула: всё идёт по плану, временной коэффициент верен, на Той Стороне как раз уже ночь.
Оказалось, что подруга успела побывать в тюрьме и сбежать оттуда. Просто с ума сойти! А потом появился Пьер и потребовал позвать Паскаля.
– Не позовёт она, – вздохнула Селестина, когда связь прервалась. – Не сумеет.
Пьер, конечно, стал возмущаться безответственностью отдельных ведьм, обладающих бесценными артефактами, но Трикси его перебила, рассказав о разговоре с принцем.
Пьер на какой-то миг задумался, а после выдал, что герцогиня, очевидно, дама, достойная внимания. Но раз принц сделает амулеты не для всех, надо поставить стражу и следить за теми, кто будет заходить на мужскую половину герцогских жилых покоев.
Когда они пошли к братьям Дигуэндам, чтоб донести до них эту мысль, застали Крея и Райнбрина напряжённо рассматривающими кучку коричневой грязи на полу. Оба молчали и, кажется, были в крайней степени удивления.
– Что случилось? – спросил без экивоков Пьер.
– Я послал Мрока на кладбище за пылью по совету юного Трикси, – довольно отстранённо ответил принц. – А когда он вернулся, Крей дал ему первый готовый амулет. Теперь вместо Мрока – куча дерьма.
Трикси присоединилась к братьям и тоже посмотрела на коричневую кучку. Даже если учитывать эффект кладбищенской земли, превратить человека в… то, что сейчас лежало на полу, амулет бы не смог. Кажется, Пьер думал о том же, потому что спросил, давно ли Мрок прислуживал риате, в чём состояли его обязанности и не замечалось ли за ним каких-либо странностей.
– Замечать странности за слугой? Вы действительно полагаете, что мне больше нечем заняться? – сердито спросил Райнбрин.
– Когда он вошёл… – начал Крей задумчиво, – мне показалось в нём что-то… что-то не то.
– И о чём ты подумал, внучок? – спросила его Селестина.
– Не помню, – пожал плечами Крей.
Врёт, сразу поняла Трикси. И предложила эксперимент:
– Пусть его светлость раздаст амулеты другим слугам. Может быть, это поможет ему вспомнить?
Крей насупился и пожал плечами. Риата с молчаливого одобрения остальных передал брату связку шнурков с амулетами, которые выглядели наподобие крошечных мешочков, скрепленных сверху гвоздиками. Пьер раскрыл дверь и рявкнул: