Она с упоением рассматривала страницу за страницей, пока не услышала какую-то возню наверху. Пришлось осторожно подняться по лесенке на балкон. Сначала на глаза попались ноги в чёрных туфлях с пряжками и чёрных же трико, потом крупное мужское тело в полосатом чёрно-красном камзоле и уж после лицо с прямым носом, твёрдым подбородком и чуть приоткрытым ртом. Незнакомец сладко сопел, вокруг головы облаком разлетелись белокурые локоны, а на груди лежала шляпа с длинным чёрно-красным же пером.
Трикси под давлением коготков Фарча осторожно отступила назад. Что за странный кавалер?
– Салют, – сказал кавалер, не открывая глаз. – Кому я опять понадобился?
Голос был приятным, но Трикси сделала ещё один шаг назад. Фарч встопорщил хвост, а незнакомец зевнул и потянулся. Спустя незаметный миг он уже сидел и внимательно рассматривал Трикси, которой пришлось-таки кланяться, как учил Крей.
– Салют, добрый господин, не хотелось мешать вашему отдыху. Я Трикси, паж его светлости.
Глаза блондина сощурились.
– А я – Мартелл Ле Олонн, но все зовут меня Безземельный Герцог. Давно ли вы с Крейстоном вернулись?
Трикси ответила, что совсем недавно. Как вести себя с Безземельным, она не знала. Замешан ли он в заговоре? Наверняка. Или нет? Под его рукой лежал толстенный том «Наставлений государям» авторства знаменитого Томазо Бертолини, но это ещё ни о чём не говорило.
– Ну и как тебе дворец? – непонятно с чего подмигнув, спросил Ле Олонн. – Впечатляет, верно?
Трикси осторожно кивнула. Впечатлений было столько, что впору в рюкзак складывать. Но от этого не меньше хотелось добраться до книжных раритетов, и чтобы никто – вообще никто – не мешал.
– А люди тут – ну просто алмаз на алмазе, – продолжил говорить маркиз.
Ну да, все как один. Только огранки не хватает.
– Я ещё никого из них не знаю, – изобразив застенчивость, ответила она.
– Эта беда поправима, – снова сощурился блондин. – Вот, к примеру, мой приятель Тубарон.
– Я слышал, он родственник герцогини? – ввернула Трикси.
– Болтают, что он ей не то племянник, не то, напротив, дядя. Или кузен, но очень дальний, – подтвердил маркиз. – Но ведь важно не это, а какой он человек, верно? Чего от него ждать в свете последних событий? Так вот, дружочек, Тубарон радеет за герцогство, а не за… тссс!
Безземельный схватил свою шляпу и нахлобучил на макушку, но было поздно. С потолка раздался грозный голос придворного мага:
– Где тебя носит, Мартелл? К нам герцогиня прибыть изволила, а принц не в духе, да ещё и…
– Никакой личной жизни, – нарочито вздохнул Ле Олонн. – Скажи их высочествам, что я уже иду.
Видно, это удовлетворило Тубарона, потому как потолок замолчал. Трикси подумала, что провинциальный паж должен удивиться, и затараторила:
– А что это было? Это его магичество, да? А он так каждого может призвать?
– На мне амулет, – теперь Безземельный вздохнул уже без нарочитости. – Я тут, видишь ли, вражеский шпион, вот и нацепил для всеобщего спокойствия. Но ты не волнуйся, для людей Крейстона амулетов не заготовили. Не ждал вас тут никто, понимаешь?
Пока он говорил всё это, проникновенно глядя прямо в глаза, из поясного кошеля появился кругляшок губной помады ярко-красного цвета. Маркиз открутил крышечку, макнул в месиво палец, а потом провёл неровную линию по щеке и губам. Теперь и Трикси бы не поверила, что Ле Олонн только что трогательно сопел на балкончике библиотеки. Кавалера сняли с дамы, не иначе!
– Надеюсь на твою скромность, дружочек, – сказал он напоследок, лёгким движением поднялся и исчез, ссыпавшись по лесенке.
Только дверь хлопнула.
«Фрррр», – высказался вслед ему Фарч.
В тишине Трикси прошла по балкончику, то нагибаясь к рукописям на нижних полках, то задирая голову к верхним. Создатель, да тут вам и «Соломенные пустоши» Гуго-Пустомели, и давно утраченные на другой Стороне «Истории каменных драконов» самого Амврозия Ле Мьера, и… постойте-ка. Взгляд зацепился за рукописную «Летопись, такоже древо рода Дигуэнд». Это ведь то, что она искала!
Книга, бережно переплетённая драконьей кожей, оказалась тяжеленной громадой. Трикси осторожно спустилась по лесенке, водрузила на стол свою ношу и раскрыла вожделенный том.
«Летопись сия принадлежит роду Дигуэнд, ведущему начало своё от разделенья миров. Велик и славен род, почтенный вниманьем Пятого синурга, да сгустится над ним тьма, ибо дети Дигуэнд суть дети синурга. И править им Правым Пределом, как повелел о том…»