– Бегу ужо, дитятко, всё сделаю, – старушка бодрой рысью ринулась к двери, чтобы там почти столкнуться с новым лицом – магом в сером плаще.
Тот так торопился, что даже не заметил, как няня Аньес сплюнула, пробормотав что-то вроде «демоново отродье», и исчезла. Странная старушка, и если бы Трикси чуть меньше глазела на стены, обитые цветным хинским шёлком, и вазу династии Дзин, она бы наверняка поняла, в чём эта странность.
– Магистр, – Крей предупредил движение Пьера и Селестины, снова пытавшихся сомкнуть ряды перед неведомой опасностью.
Маг-всестихийник в сером плаще не мог быть никем иным, кроме Тубарона. С порога оценив расстановку сил, он с искренним беспокойством в голосе обратился к Крею:
– С возвращением, ваша светлость. Путь был лёгким? Вы не пострадали? И кто все эти люди?
Второй наследник после ухода няни почти вернулся к нормальной бледности и ответил без малейшего намека на напряжение:
– Пусть был лёгким, благодарю. А эти люди – мой ближний круг.
– Вы решили обзавестись ближним кругом из поТуСторонников? – продолжил расспросы придворный маг, благоразумно держась возле двери.
– А что же ему делать ещё, коллега? Тут у парня с друзьями сложности, – самым наглым образом перебил подопечного Пьер. – Верно говорю, твоя светлость?
Крей сразу подхватил:
– Верно говоришь, приятель, – и продолжил, уже обращаясь к Тубарону: – Это Пьер, он взялся обучить меня принятым на Той Стороне способам магической защиты.
– Они сильно отличаются от наших? – с прохладцей глядя на всестихийника, спросил придворный маг.
– Можем как-нибудь сравнить, – ответил Пьер, подкрутивши ус. – Например, завтра.
– Как вам будет угодно, – невозмутимо произнес Тубарон.
– Нет, как в а м будет угодно, коллега, – шутовски раскланялся Пьер. – Предвижу дальнейшие вопросы, поэтому говорю сразу: вон тот бездельник с хорьком – паж его светлости Трикси, а ведьму зовут Селеста.
Трикси подскочила и поклонилась, как учил Крей, переключив своё внимание с дверной ручки в форме львиной головы на придворного мага. Ничем не примечательная внешность: лицо гладкое, губы узкие, нос прямой, глаза серые, легкие залысины по обе стороны ото лба, волосы тоже серые, будто присыпанные пеплом… Всё остальное прятала мантия.
– Селеста? – переспросил тот, обращаясь явно не к Пьеру. – Ваша светлость, вы отдаёте себе отчет, что она действительно ведьма?
– Вполне, магистр. Это мой телохранитель, – сказал Крей, сведя брови.
– Она? Телохранитель?! – переспросил маг, впервые открыто выразив недовольство.
Бросок Воздушной петли вместе с Водным копьём и чем-то незнакомым из арсенала Огненных был очень эмоциональным. Трикси на миг даже испугалась, но ол-фе Лелюгрин не дал свою хозяйку в обиду. Он отразил враждебные заклинания в потолок, на котором тоже стояла магозащита. Так что от потолка магия отскочила с «треском и блеском», а потом расцвела невиданным цветком, похожим на огромную лилию – ало-бело-фиолетовую.
– Благодарю, мадам, – величественно кивнул Крей. – Магистр нам не враг. Верно, магистр? – испытующе добавил он, в упор глядя на Тубарона.
Тот кивнул и даже слегка поклонился. И снова открылась дверь, впуская риату с вопросами, где носило придворного мага, без которого невозможно собрать ближний круг, да что за магический всплеск сейчас случился. Оказалось, что Тубарон обнаружил демонов рядом с границей герцогства и уничтожил всех восьмерых. О всплеске брату поведал Крей в очень урезанном виде, но и этого оказалось достаточно.
– С сего дня и часа я запрещаю в Пределе магические дуэли, – без экивоков приказал риата. – Мои вассалы должны служить на благо короны, а не ослаблять двор распрями.
Тубарон склонил голову, но Трикси успела заметить мелькнувшую в глазах тень удивления.
– И ещё, магистр. Извольте не афишировать поТуСтороннее происхождение шевалье Пьера и юного Трикси, – продолжил Райнбрин таким тоном, что по коже побежали мурашки.
– Слушаюсь, мой принц.
– И соберите ближний круг. Я и мой брат хотим представить всем даму Селесту.
– Слушаюсь, мой принц.
Странная мысль мелькнула в голове Трикси – а не пользуется ли риата простым внушением? Или маг действительно привык не раздумывая подчиняться будущему герцогу? И надо было бы эту мысль додумать, но тут Райнбрин сообщил, что можно пройти в отведённые им покои и что лёгкий перекус перед общением с его ближним кругом никому не повредит.
От обилия впечатлений голова Трикси была лёгкой-лёгкой и слегка звенящей. Она держала в руках тарелки из новенького настоящего фарфора с герцогскими вензелями, нанесёнными вручную, и ложки с вилками из драгоценного серембита (металл был мягким и очень дорогим, поэтому на родной Стороне серембитовые столовые приборы можно было увидеть только в музее под стеклом). Она сидела за столом, чья столешница была набрана, как мозаика, из кусочков разноцветного стекла. Она умывалась в мраморной ванне размером с её гостиную и вытирала руки аутентичным льняным полотенцем…