На той стороне встречал Паскаль, сразу заметивший, что я расстроена.
– Паскаль, я подумал, что ты захочешь пообедать с женой, тёщей и семьёй премьер-министра, – прищурился Демерель.
Оказалось, что он (наверняка с целью подлизаться) перенёс нас не в столицу, а в пожарную часть. Паскаль кивнул и крикнул: «Дракон, я ухожу». В двери мелькнула физиономия Тефье, он помахал мне и сказал, что прикроет. А я вспомнила, что и этот долго не хотел верить, что я стала Огненной ведьмой.
Жером снова открыл портал, и мы втроём оказались где-то… теперь уже, наверное, в столице. Паскаль держал меня за руку, и становилось легче. Он спросил, в чём дело, и Жером подробно объяснил. С его слов выходило, что я сильно обиделась из-за статьи в «Оканских новостях».
– Она же не понимает, что Огненная ведьма всегда была, есть и будет вызовом для каждого мага, – словно меня и нет рядом, покачал головой водник.
– Милая, – вздохнул Паскаль, – Жером прав.
– Да почему? – я снова возмутилась, но уже не так активно: Паскаль действовал как хорошее успокоительное.
И тут откуда-то появилась мама. Как обычно сама элегантность, она распахнула свои объятия. Пока они длились, Рони основательно поработал: вместо легкомысленного платья в мелкую розочку на мне оказалось строгое платье-футляр, волосы уложились в сложную косу, а на ногах вместо босоножек возникли изящные «лодочки».
– Дорогая, как мило ты выглядишь, – сказала мама, выпуская наконец меня на волю. – Мы ждём Амели с супругом, поэтому, будь добра, не позорь нашу семью.
Я сразу почувствовала себя нашкодившим котёнком, которому дают последний шанс на исправление, а иначе тапком!
Оказалось, что мы находимся в одном из лучших ресторанов столицы. Для гостей Амели Кремьен отвели кабинет с белоснежной скатертью и благоухающей веткой цветущего фрезиомелиса, я наконец спросила, что всё это значит.
– Так захотела Амели, – пожала плечами мама.
Маленького шатью ведьма первого круга забрала с благодарностью и сразу же решила, что нужно познакомить мужа с нашей семьёй.
– Мы создаём в массах позитивный облик ведьмы-героини, – соизволил детальнее объяснить магадемик. – И начать решили с политиков.
Когда появились Амели и Гроссвуд, я не заметила. Мама увлечённо рисовала картины моего раннего детства – какой я была целеустремлённой и со всех сторон положительной девочкой. Жером с таким же увлечением слушал, периодически подавая реплики «вот это хорошо», «это, пожалуй, опустим» и «Вайолет, а ты не пробовала писать?».
– Сразу видно, мать и дочь, – Гроссвуд поздоровался с мужчинами, а потом решил сказать комплимент.
– Вайолет, он мужлан, совершенно не поддающийся перевоспитанию, – постаралась загладить бестактность мужа Амели.
Мама, у которой уже было задрожали губы, всё-таки улыбнулась, а мне пришлось продолжить:
– Что вы, господин Гроссвуд, Вайолет такая утончённая и творческая, а я всего лишь обычная лекар…
– Обычная Огненная ведьма, – перебил меня Жером. – Ваше пожелание выполнено, господин премьер-министр. Теперь я жду вашего решения.
Значит, не только Амели хотела познакомить со мной своего Лиланда.
– Дорогой, ты же не потребуешь от Кандис демонстрации своего Дара? – укоризненно спросила Амели.
– Я верю тебе, дорогая, – вздохнул политик. – Но всё же на фоне упразднения магконтроля огненная ведьма – это слишком.
– А что такого? – удивилась Амели. – Ведьмы всякие важны, ведьмы разные нужны. Кстати, Кандис – прекрасный специалист сердечно-сосудистого профиля. Пусть она посмотрит твои…
– Нет, дорогая, – твёрдо отказался премьер. – Давайте пообедаем, я голоден.
Пока он увлеченно ел деликатесы, я попросила у Амели объяснений.
– Политика, милая, – ответила она. – После того, как мы с твоей помощью свалили магконтроль, многие в королевстве слегка… дезориентированы. Но мы это исправим, непременно. Кстати, как дела у Селестины?
– Всё прекрасно, – вмешалась мама. – А у Кандис завтра свадьба, и я буду рада, если Ковен поздравит новую семью.
Иногда мама такая… тщеславная. Мне захотелось провалиться, но Паскаль молча нашёл и сжал мою руку. Я посмотрела на него и улыбнулась. Всё сразу стало неважно, даже завистливый вздох магадемика.
– Ковен соберётся через неделю, – продолжала говорить Амели, но я выпала из контекста. – И, дорогая, ты должна сменить круг.
– Раз уж ты сама начала, – вкрадчиво заметил Жером, – то…
– Что? – мгновенно выпрямившись, с лёгкой напряжённостью спросила Амели.