При дворе стало веселей. С выздоровлением королевы народ оживился. Устраиваются балы и маскарады, где Ее величество, наконец- то, предается веселию. Хотя, скажу по секрету, к мужчинам, обижающим своих жен, у Эльзы, по- прежнему, суровое отношение. Просто, с моей подачи, королева стала детальнее рассматривать такие дела. А так ведь, мы женщины такие — и оговорить любимого супруга можем, если он не купит нам понравившуюся безделушку.
Рональд, наконец- то, вернулся на большую сцену. Играет только главные роли. Вся женская половина столицы влюблена в него. Я краем уха слышала, что у него разворачивается роман с одной очень талантливой актрисой, но это не точно. Сплетни я не собираю. Нужно будет, сам скажет.
Стивена, нашего безалаберного влюбчивого Стивена, как подменили. Он открыл с моей помощью модный салон в столице (пришлось походатайствовать перед королевой). Придумывает наряды для женщин. И так преуспел в этом, что ни одна уважающая себя дама, не решится показаться в свете без его консультации. Представляете, какие это возможности для мужчины? А наш общий знакомый теперь не ведется ни на какие провокации, чем раззадоривает напрасно влюбленных в него женщин еще более. Ведь может же, когда захочет! Пару раз королева Эльза обращалась к его услугам, и этот паршивец был так серьезен и почтителен, так сумел угодить Ее величеству, что она подумывает сделать его королевским консультантом. Да бог с ними, я в личные дела королевы не лезу.
О ком бы мне хотелось рассказать поподробнее — это о Греге и Эмме.
Они прилетели к нам в гости на ларге. Хорошо еще, что наш дом стоит особняком — было место, где опуститься, хотя пришлось изрядно покружить в воздухе. Как ни странно, увидел их первым Грег. Он стоял тогда у окна и рисовал какие- то узоры на запотевшем стекле.
— Мама, мама, — закричал он, — иди скорее сюда. Там в небе что- то летит. Это тот крылатый конь, которого я видел в конюшне у господина Фрауха. Посмотри, какой красивый.
Все, кто был в гостиной, бросились к окну. В вышине неба кружил прекрасный белый ларг с огромными чуть светящимися крыльями. И два силуэта, слитые в одно целое. Непроизвольно у меня вырвался крик: «Эмма и Грег. Это они».
Я поспешила к выходу, чтобы открыть двери. Ларг приземлился перед нашим крыльцом, а с него спустилась улыбающаяся тоненькая женщина — девочка.
— Здравствуйте, Альма. Я — Эмма, — представилась она. — Мы с Грегом прилетели к вам в гости. Примите?
— Конечно, проходите, — я замялась.
Фигура Грега, по — прежнему маячила в седле. Хотела позвать Марка, чтобы помог, но Эмма сделала успокаивающий жест и сама прошла в наш дом. Осмотревшись, она снова поспешила на выход, подбежала к Грегу и что- то прошептала ему.
Не успели мы все опомниться, как Грег переместился в нашу гостиную, на удобное кресло. Выглядел он настолько хорошо, насколько можно было в его положении. Эмма встала за его спиной и положила руку ему на плечо. Эти двое принесли в наш дом небывалый до этого свет и радость.
Мои мальчишки заворожено смотрели на гордого мужчину. Мамочка уже успела рассказать каждому об их отцах. Грег — младший страшно гордился своим отцом — героем и теперь смущенно и восторженно взирал на него вживую.
— Здравствуй, сынок, — тепло поздоровался Грег — старший.
Вот как он его узнал, спрашивается? Может быть по таким же, как у него глазам? Может быть, в фигуре моего среднего сына вырисовывалась та же осанка и стать? А может быть, просто голос крови?
— Я твой папа, Грег, — глубоким голосом проговорил он. — Я недавно узнал о том, что ты у меня есть, и вот решил приехать, познакомиться.
— А, правда, что ты герой? — замирая, проговорил Грег — младший.
— Гм-м, — смутился отец.
— Герой- герой, — улыбнулась Эмма. — Мы привезли тебе подарки. Мы всем твоим сыновьям, Альма, привезли подарки.
Этот день мне запомнится надолго. Мы славно провели время: Грег познакомился со всеми моими мальчиками, много рассказывал о боях, об оружии, о покойном короле. Они слушали его, затаив дыхание. Потом распаковали привезенные подарки — много игрушек и магических штучек- было чем себя занять. Ну, а мы взрослые, сели за стол и коротали время в непринужденной беседе.