Полчаса, а может и весь час, ходил вокруг дохлого ушастика и не знал с какой стороны подступиться. Я в красках представлял, как вкушаю свежее мясо и на меня нападала тошнота. Впрочем, это могло быть последствием долгой голодовки. Или всё вместе.
Решился.
Долго отплевывался от шерсти русака, но до филе без волос, добрался. Не скажу, что это было моё самое вкусное блюдо, но той гадливости, которую ожидал, на удивление не испытал. Зато почувствовал себя намного лучше. Аппетит перебил, но не достаточно. Я не наелся.
Пришлось выискивать новых жертв.
После третьей трапезы с шоком заметил, что не строил никаких изощрённых планов мести. Занимаясь погоней, ни о чём не думал, не гневался, не испытывал ровным счётом никаких эмоций. Были только я и моя добыча.
Живя во дворце не слишком интересовался охотой. Слышал много раз, как мужики с упоением рассказывали, как загоняли и ловили диких зверей. Слушал, но не вникал. Думал, что не к чему особе королевских кровей подобное занятие. Но сегодня, впервые почувствовал азарт. И мне это несказанно понравилось и даже позабавило. И я решил просто приятно проводить для себя время, каждый день добывая себе пропитание.
Позже охотиться для меня было средством отвлечения от происходящего, потому как через долгое время, мне осточертело думать об одном и том же. А потом я не испытывал от ловли ничего. Для меня это стало обыденным и простым.
Ещё одним из моих самых больших мучений в первое время стало исправление физиологических потребностей. Ох, как мне было стыдно перед самим собой. Я много раз видел, как это делали собаки при дворе, но чтоб самому подойти к дереву, задрать заднюю ногу, точнее лапу, и справить малую нужду… Это было выше моего достоинства. Не мог представить, что я — король свой страны, должен опуститься до такого! Уму непостижимо. Поэтому первый раз сделал это в реке. Вода была ледяная, но я стойко терпел. В дальнейшем гордость всё-таки отошла на второй план, но поливать растения мне ещё долго было не по себе.
Чего уж говорить о том, чтоб испражниться. Я выкапывал специально для этого дела небольшие ямки, делал свое «большое» дело и закапытал этот срам. Пока однажды до меня не дошло совершенно очевидная вещь — я поступаю, как обычный драный кошак. Но натыкаться на свои же отходы жизнедеятельности было ещё омерзительнее. Поэтому я до сих пор так поступаю. До этого дня.
Однажды моя ярость дошла до того, что я всё-таки вернулся в свой замок и забрал с собой сундук с различными вещами. Это было весьма не просто — тащить его. Хорошо, хотя бы додумался затащить сундук в повозку, а потом, под покровом ночи заполнить. Благодаря звериному чутью меня никто не обнаружил. Хотя моя злость была сильная, убивать кого-то не хотелось. Но когда я пришел на поляну, меня начали раздражать вещи, которые напоминают о доме. Уже даже не понимал, зачем их сюда привёз. Поэтому закопал и благополучно забыл об их существовании.
Прошла неделя. Месяц. Год. Десятилетия.
Постепенно агония моей ярости затухала. За ней пришли боль с тоской от одиночества. От бессилия выл по ночам, вкладывая в этот скулёж все свои переживания. Был готов бежать на другой конец света, в поисках ведьмы, и ползать у нее в ногах, моля об отмене проклятия. Но разумно понимал, что её давно нет в живых. Либо она давно состарилась и умерла. Либо мой младший брат от неё сразу же избавился, чтоб себя обезопасить. Ни к чему лишние люди, которые знают твой секрет. Я бы и сам так поступил на его месте. Раньше. Но со временем изменился. Поменялось мировоззрение. И все мои решения теперь основываются на одном единственном понятии. Оно как фундамент для меня. На одном единственном предложении строятся все остальные мои мысли и теперь я действую, только исходя из него.
Узнал об этой простой истине, когда моё отчаяние сменилось апатией. Я не видел выхода. Моя безнадега была такой сильной, что ничего вокруг меня не интересовало. В тот период мог долго не спать, или же пребывать в царстве Морфея по несколько суток. Долго не есть или не пить. В тот момент полностью смирился со своей участью и просто ждал смерти. А она всё не приходила и не приходила. И я понял, что это магия окаянная. Моё наказание не дать мне просто так от него избавиться.