- Прямо все? – блеснула глазами Ольга, продолжая гладить по спине дочь.
- Слуги шепчутся, дети боярские надо мной смеются, – обиженно проговорила Леля. - Говорят, скоро отправлюсь обратно коровам хвосты крутить, но я ведь им никогда не крутила хвосты, - возмутилась девочка. - А ещё слышала, как Тата с дядькой Михайлом разговаривала. Они думали, что я сплю, а я тебя ждала. Думала, придешь меня на ночь поцеловать, а ты не пришла.
- И что же они говорили? - очень тихо спросила княгиня,и Яромила уши свои навострила. Тем более девчушка на её тут присутствие вообще внимания не обращала.
- Говорили, что если у тебя ребёнок родится это плохо. Тогда ты княжить будешь, а меня опять в горный дворец отправишь, за ненадобностью. А что с папой? Папа заболел? Мама, я люблю тебя, не отправляй меня. И братика я тоже хочу, - проговорила Леля, потом помолчав, добавила. - И папу люблю, хоть он меня сторонится, – девочка, наконец, посмотрела на постель Великого князя, рассматривая его и Яромилу. Кажется,только сейчас она отметила для себя, что Яра не просто служка, которая в горницах обычно прибирается. - А тётя эта кто?
- А тётя эта папу лечит. Её Яра зовут. Она считай действительно т1тя твоя. Жена Мечеслава, - при этом девчушка на Яромилу по-другому посмотрела, там даже лёгкий восторг читался. - Хорошая тётя она, Лелечка, - проговорила Ольга, прижимая к себе ребёнка. – Не слушай чужие глупости. Ты мне не чужая. Я хоть сама тебя не вынашивала, но кровь нас теперь сроднила. Ρодные мы с тобой, Лелечка, доченька моя. Запомни ты моя дочь. Кровь от крови моей, любому кто это посмеет оспорить, можешь так и сказать, а лучше ко мне приди и расскажи. Я сама с ними поговорю. Я очень тебя люблю и никому в обиду не дам, а злые языки эти всем повыдираю, - в голосе княгини почувствовались злые нотки.
- И будешь, как раньше мне сказки на ночь читать и целовать? - спросила Леля.
- И тебе и брату твоему, - усмехнулась Ольга, потрепав ребёнка по голове. – Пойми, дети для родителей одинаковые. Нельзя любить кого-то больше, а кого-то меньше. Вы равные для меня. И тебя люблю и его, хоть он еще вообще не родился. А вчера я не пришла, потому что боярская дума была, поздно вернулась оттуда. Ты должна была уже спать, да и за Ярослава, отца твоего, переживала. Вот когда ты болела я у твоей постели сидела? – та утвердительно кивнула. - А сейчас Ярослав… - Ольга замялась, потом глубоко вздoхнула и продолжила. - Отец заболел, поэтому я возле его постели сижу. Εму тоже надo нашу любовь ощущать.
- А можно и я с тобой посижу?
Ольга, прежде чем ответ реб1нку давать на Яромилу взгляд вскинула, когда увидела, что ведьма утвердительно кивнула, расслабилась, улыбнулась и дочь по голове погладила.
- Сиди, конечно. Вдвоем с тобой мы его быстро на ноги поставим, - нежно проговоpила Ольга, целуя девочку в голову.
- А давайте местами меняться, - предложила Яромила. – Вы с дочкой к князю на постель. Кровать широкая, обе поместитесь, а меня на кресло пустите, хоть спина немного отдохнёт, – Яромила устало потянулась.
Девчушка сразу выскользнула с рук матери и побежала к кровати, скинула туфельки, залезая на неё и ближе к Ярославу подсела, погладив отца по щекам и рассматривая его. А у Яромилы сердце защемило, кажется, князь не сильно дочку вниманием баловал, даже тогда, когда в свой Великокняжеский дворец забрал. Ольга тоже с кресла поднялась и растерянно посмотрела на дочь, с одной стороны она была рада, что ребёнок внимание отцу уделяет, а с другой беспокоилась, чтобы ненароком по незнанию хуже не сделала.
- Не волнуйся, он спит. Не разбудит, – Яромила соскользнув с кровати, пошла к креслу, где с огромным удовольствием разместилась более удобно. Самую сложную работу она сделала. Жизни князя ничего не угрожало, уже сегодня проснётся. Да,истощенный, уставший, но тут уже вcе от сна и питания, да отваров зависит. - С ним всё хорошо уже, - обратилась она к Ольге, которая залезла на широкую кровать и села, облокотившись об стену. – Скоро проснётся, нужно будет напоить, вечером накормить. Да, что я тебе рассказываю,ты и так сама всё знаешь, - улыбнулась Яромила. - Ольга, а кто такая Тата?
- Бабушка. Почти родная, – вместо Ольги ответила Леля, подняв свои ясные очи на Яромилу.
- Евдокия, - подала голос Ольга, немного скривив недовольно губы.
- Мама, а почему ты не любишь Тату? Папа же сам её ко мне приставил. Она меня любит и папу тоже,и тебя. Она мне даже помогала для вас подарки делать. Обереги. Красивые такие. Тебе разве не понравились?
При этих словах побледнела Ольга,испуганно посмотрев на дочку, а у Яромилы по коже пробежал холодок,и сердце забилось часто - часто. Яра резко оторвала спину от кресла, на которое до этого облокотилась.