- Мои знакомые девушки, как ты говоришь, падали к моим ногам уже в первые сутки, - ураганное напряжение стало покидать Бориса, он даже улыбнулся. С ехидцей. Потом продолжил:
- Но мне этого не надо.
- Что же ты от меня хочешь?
Ветер вдруг стал серьёзным. Странно такое говорить о своенравной стихии, но сейчас это был просто мужчина.
- Я хочу, чтобы ты честно ответила на мой вопрос. Я тебе совсем не нравлюсь?
Его фигура казалась расслабленной, лицо безразличным, будто ответ и не очень интересовал, но по чуть прикрытым глазам и сжатым добела пальцам рук было видно, что спокойствием там и не пахло. Борис ждал. Даже дыхание затаил.
Ну, что ему сказать? Обидеть не хочется, но и просто дружеское отношение его не устроит. А о большем я не могу говорить твёрдо. Да и ещё братец его стоит меж нами, вернее, моя не прошедшая обида. Хотя Ветер достоин многого, в том числе и правды. Поэтому решила сказать, как есть.
- Если честно, то нравишься. Но я пока не поняла, как друг, или как мужчина. Ты красив, не писаный красавчик, но всё при тебе.
Я пристально оглядела своего визави. Серые, похожие на небо в дождливый день, глаза засмеялись, русые волосы растрепались и задорно торчали во все стороны, в полураскрытых губах сверкала голливудская улыбка. А фигура-то, фигура! Просто отпад. Сразу видно, что со спортом они друзья. Но особенно мне нравились его руки. Мускулистые предплечья, крупные ладони, коротко подстриженные ногти. Чистые, но без всякого намёка на маникюр. Мужские такие руки. Сильные. Я-то помнила, как он меня нёс.
Пауза затянулась. Наткнувшись на вопросительно поднятую бровь, покраснела. Стало неловко, что я его так рассматриваю. Но увидев, как на лицо мужчины наползает понимающая гримаса, моментально растеряла всё смущение. Вот ещё, стыдиться! Ведьма я или кто? Хочу - рассматриваю, хочу - ем с маслом на завтрак. Поэтому задрала нос повыше и с вызовом продолжила:
- Да, хорош. Но на что-то большее, чем приятель, рассчитывать не можешь. Пока. Видишь ли, я в ранней юности повелась на красивую мордашку, и зря. Да и после предателей было хоть отбавляй. Теперь чтобы приблизить к себе человека, хочу его узнать. А в твоём случае, есть ещё Богдан, который меня отпугивает от вашего семейства. Так что ты мне нравишься, но этого мало. Устраивает тебя такой ответ?
- Не устраивает. Но я подожду. А пока побуду приятелем. Время терпит.
- Вот и хорошо. Заодно и я пойму, что ты за фрукт. А сейчас бери поваренную книгу и гуд бай. У меня дела.
- Секретные?
- Отнюдь. Пойду искать школу, надо спросить о работе.
- Ладно. Тогда до завтра?
- До завтра.
Ветер направился к калитке, но далеко не ушёл, когда раздался звонок. Я поискала мобильный, и поблагодарила Тараторок, которые его принесли. Когда сняла трубку, услышала знакомый голос:
- Елена Ивановна, здравствуйте!
- Петельский? – ахнула я. – Что-то случилось?
Глава 8
Проводив иномирных партнёров, Борис устроился на открытой террасе с чашкой кофе. Сторонний наблюдатель мог увидеть задумавшегося молодого мужчину, с таким выражением лица, будто он решал некую мировую проблему. Но, как ни странно, сложностей в его жизни сейчас не было. Всё решалось естественно, будто так должно и быть. Разве что Тианель добавляла головной боли. Эльфийка никак не могла поверить, что её поезд ушёл, и устраивала Ёлке мелкие пакости. Пару раз прилетало и ему. Отец иномирной красавицы был давним партнёром Ветра, и как-то заикнулся о свадьбе. Но выслушав аргументы Бориса, пошёл на попятную. Только дочь никак не мог урезонить. Её выходки хоть и не несли серьёзной угрозы, как та поваренная книга, но чертовски раздражали.
Зато отношения с ведьмой налаживались. И не в последнюю очередь потому, что он переменил тактику. Осада измором сменилась на «не так ты мне и нужна». Теперь Ветер не напрашивался в гости, а, ссылаясь на занятость, уезжал. Потом, правда, носился по окрестностям посёлка, чтобы успокоить воображение. А оно у него оказалось буйным. Представлялось, что пока он осторожничает, меняет тактики, кто-то другой Ёлку окучивает. И только помотавшись часок на пределе возможностей, мужчина усмирял свою ревность.
Никогда не думал, что она может быть такой бешеной. Всегда считал себя несколько холодным, а теперь рвал и метал. И впервые Борис почувствовал это дней десять назад, когда услышал:
- Петельский, ты?
Он и сам не понял, как переместился от калитки к Ёлке. Стоя совсем рядом, Ветер пытался услышать разговор, и понять, что ещё за фрукт объявился. Когда сообразил, что это бывший ученик, расслабился. Но не до конца. Нынешние молодые очень уж борзые. Задумался о том, зачем этому юнцу ведьма, и не сразу услышал продолжение разговора: