Вот так всегда. Ноет, ноет, а за город не вытащишь. Разве что в пансионат какой-нибудь. Ещё когда мы были студентами, пару раз удалось её выманить на отдых. Свежий воздух, гитара, песни у костра. Кайф. Расслабляйся – не хочу. Мы так и делали, пока всех не достали Дашкины причитания. Потом уже ходили без неё, не стали портить отдых ни себе, ни ей.
Оставаясь в городе, подруга не скучала. С её-то внешностью. Все окрестные парни ходили в поклонниках, но рядом долго никто не задерживался. А на мои вопросы коротко отвечала: не тот. Почему перебирала, кого искала? Нотаций ей я не читала. Даже когда Даша в ярости после очередного расставания раскидывала вещи и топала ногами. Всегда старалась поддержать, как она на первом курсе поддерживала меня.
Тогда, в чёрный для меня год, умерла мама, единственный родной человек. Я долго горевала, а когда отошла, свалилась новая напасть. Любовь. Моя любовь училась на четвёртом курсе, имела почти баскетбольный рост, широкие плечи, синие глаза и плутовскую улыбку. При одном взгляде на этого парня я выпадала в астрал, но таких дурочек было много. Воспитанная на современных теориях о том, что женщина должна взять в свои руки собственную судьбу, я сглупила и призналась ему в чувствах. И что сделал этот бабник всея универа? Он высмеял меня при всех. Не просто отказал один на один, а улучил момент и прилюдно поиздевался над провинциалкой.
До сих пор помню тот день. Были соревнования. Я бежала несколько дистанций, и очень устала. Взъерошенная, потная, как загнанная лошадь упала прямо на землю возле стадиона. Кто-то дал мне воды в стеклянной бутылке, и я от благодарности чуть не разревелась. А когда после соревнований все вернулись в универ, на доске объявлений увидели плакат с лучшей фотографией нашего записного красавчика и моей. Страшной, растрёпанной, с бутылкой у рта. И подпись: «И вот ЭТО призналось мне в любви? Алкашам ничего не светит!» Мне хотелось умереть. Тогда подруга очень помогла, поддержала. Выступила перед насмешками единым фронтом со мной. А что потом закрутила с тем парнем роман, так это из мести. Чтоб потом бросить. И бросила, а он ещё долго бегал за ней собачонкой и называл ведьмой.
После окончания учёбы в Новосибирске задержаться не удалось, а в райцентре неподалёку построили новую школу и требовались учителя. Вот мы с Дашкой туда и отправились. Сначала я, потому что хотелось изменить жизнь, а после, намыкавшись в сибирской столице, и подруга. Уже здесь мы познакомились с третьей из нашей компании – Степанидой. Степашей, по-простому. Имя ещё хуже, чем моё, а она им гордится. Говорит, что ни у кого такого нет, уникальное. Сейчас-то да, но раньше многих так звали. Мою прабабку, например. Я её никогда не видела, только портрет. Мама рассказывала, что та была известная знахарка, со всей округи к ней ехали за снадобьями да травами. А вот ни бабушка, ни мама такими талантами не обладали. Как и я. Жалко.
У Степашки и внешность, и имя были колдовские, а способностей тоже ноль. Ну и ладно, с лица воду не пить.
Сдружились мы крепко, хотя Даша со Степашей порой порыкивали друг на друга, но я старалась сгладить непонимание, и до разрыва дело не доходило. Вот и вчера, когда отмечали окончание учебного года, они снова что-то не поделили, еле-еле я с Шампань Шампанычем их успокоили. Поэтому так трудно было встать утром. А дома столько дел. Ой, забыла, у меня же сегодня генеральная уборка намечена!
- Что ж, не хочешь со мной, директор кого-нибудь назначит. Ладно, Дашуля, я побежала. Работы, как у пчёлки.
- Ну, ну, лети, труженица наша.
Я, уже отошедшая метра на три, услышав это, оглянулась. И удивилась пробежавшей по лицу подруги судороге. Очень похожей на зависть. Хотя, вряд ли. Ошиблась я. Чему завидовать-то?
На следующий день всё прошло без сучка, без задоринки. И ученики не подвели, и я сделала то, что нужно, и встреча пролетела как по маслу. Под конец спонсор благожелательно улыбнулся и сказал:
- Хорошо, Леночка, вы меня убедили. Однако решение принимаю не я один. Сейчас позвоню брату. Но вы не волнуйтесь, я уверен, он возражать не будет.
Разговор по телефону был недолгим. Богдан Александрович коротко изложил мои выкладки, потом пару минут слушал. Сбросив звонок, посмотрел на меня. Взгляд задумчивый, будто он взвешивал все «за» и «против». Моё сердце ухнуло по направлению к пяткам, а кровь прилила к щекам. Неужели не справилась? Не смогла убедить? Как будет стыдно перед детьми! Но вот мужчина принял решение, снова улыбнулся и хулигански подмигнул.
- Что ж, Леночка, будут вам деньги. Дня через три поступят на счёт школы. У вас ведь есть счёт?
- У меня лично? Есть. А у школы – не уверена. Думаю должен быть, мы ведь уже получали помощь. Сейчас позвоню директору и уточню.