В голове стали возникать варианты, один нелепее другого. А чего гадать? Если подруга ждёт, не стоит её разочаровывать.
- Так что, едем?
Трудовик рядом, как приклеенный.
- Едем!
Сообщила коллеге физику об отлучке и взгромоздилась на мотоцикл. Спустя пару часов мы были на месте. Всё-таки, хорошая штука, техника. Это вам не пешком идти.
Не попрощавшись с водителем, поспешила к Дарье. Вход оказался без замка. В прихожей, на низенькой банкетке, валялась наша сумка для медикаментов. За приоткрытой створкой межкомнатной двери слышался шум и стоны. Пришла мысль, что подруге плохо, но раздавшийся новый сладострастный звук её опроверг. Открывая дверь, я уже знала, что увижу. Так что слившиеся на полу тела меня не убили. Они отвалились друг от друга, предоставив чужому обзору своё естество, и уставились на мою побелевшую физиономию. Так вот что хотела показать мне подруженька. Унизить. Ославить никому не нужной.
Первым отреагировал Богдан.
- А, это ты. Присоединяйся.
- Что ты, - засмеялась Дашка, - она же девственница. Думаешь, почему она тебя динамила?
- В двадцать шесть лет? – Богдан смешно хрюкнул. – Неужели никому даже на раз не сгодилась?
Я стояла и молчала. Слушать такое от вчера ещё близких людей, было горько. Внутри будто заледенело. Но когда бывшая подруга со смехом начала рассказывать о моей студенческой любви, из глубины организма вырвалась чёрная волна. Она разрасталась, разрасталась, пока не захватила всю меня. Эх, Ёлка, Ёлка, попеняла себе, не умеешь ты разбираться в людях. И, чтобы не устроить Армагеддон в одном отдельно взятом доме, я резко развернулась и выскочила вон.
Дышать было нечем. Надежда получить глоток воздуха не сбылась, ноги подкосились, и я осела на землю. В последний момент, словно сквозь вату, донёсся голос Богдана:
- Ёлка, Ёлочка, что с тобой?
И ещё чей-то. Не Дашкин, мужской. Кто-то рванул мне ворот футболки, и всё. Темнота.
Пришла в себя от хлёсткого удара по щеке. Резко вдохнула и села. Рядом, полуодетые, топтались Дашка с Богданом. Всё-таки, это его голос я слышала перед обмороком. Странно как-то, такую подляну мне устроили, а будто тревожился. Хороший артист.
Тут этот артист вывернулся из Дашкиного захвата и подскочил ко мне.
- Ёлка, прости, я не хотел. Так получилось. Не знал, что ты приедешь. Думал, сделаю фото, как мы с твоей подругой вино пьём, и тебе отправлю. Ты приревнуешь, и станешь покладистой. А секс я не планировал. Не знаю, как вышло.
- Ой, да что ты врёшь! – ленивый возглас Дашки заставил меня поёжиться. Столько в нём было превосходства, столько колючей надменности, что захотелось заткнуть уши.
- Я не вру. Это ты всё подстроила….
Начав ругаться, они забыли обо мне. И хорошо. Осторожно поднялась. Оказалось, трудовик никуда не уехал. Он мялся неподалёку, опасливо глядя на скандалистов. Увидев, что я встала, мужчина приблизился.
- Елена Ивановна, как вы? Они вас обидели? Простите, я не представлял, что так выйдет. Иначе не повёз бы.
- Не волнуйтесь, Павел Егорович, уже всё прошло. Как хорошо, что вы не уехали. Подбросите меня к моему дому? А то в таком виде – я показала рваный ворот – по городу идти как-то стрёмно.
- Конечно, конечно.
Он подал мне руку, за которую я ухватилась, будто утопающий за соломинку. Держи меня, соломинка, держи. Не урони, а то я сама, будто кисейная барышня, того и гляди, снова уплыву в обморок.
Трудовик помог мне взгромоздиться на мотоцикл и повёз к дому. Туда, где я всегда ощущала себя в безопасности.
Но сегодня это чувство ушло. Стены давили, воздух уплотнился и с трудом проходил в горло. Оставаться здесь не хватало сил. Да и детей бросить я не имела права.
Переоделась, перекусила и отправилась назад, в лагерь. Там, в повседневных заботах и опасностях сплава, мне станет лучше. Обязательно станет. Так что руки в ноги и вперёд.
Взяла свою душу за руку и повела её через тернии к звёздам. До окраины нашего городка добралась на автобусе, а дальше пошла пешком. Дорога вилась среди кустарников. Цветущий шиповник испускал в воздух сладкий пьянящий аромат. Кружевные цветы боярышника рисовали вдоль тропинки волшебный узор. То и дело попадались полянки душицы, жаль, не собрать. Какой бы был чай! Красота природы умиротворяла, забирала из больной души плохое и настраивала на позитив. Когда поздно вечером, уставшая и запылённая, я добралась до лагеря, все неприятные события стали чем-то далёким, чем-то неважным.
Сплав прошёл по плану. Через две недели счастливые и загорелые туристы вернулись домой. В квартире меня ждало письмо от Степаши, и первое, что бросилось в глаза – приезжай. Но подумать об этом я не успела. Явилась та, кого я не ждала и не желала видеть. Дарья. Бывшая подруга была одна, и мне невольно захотелось осмотреться. С трудом пересилила порыв, но незваная гостья поняла. Столько лет вместе не прошли даром.