- Интересно, - Ярослав дошел до триплекса и задумчиво уставился на облака. - Если верить докладам, то с момента выхода из квартиры Дингир ничего вразумительного не произнес. Бормочет себе под нос об опытах, истинности бытия, на вопросы или не отвечает, или отвечает невпопад.
- Разыгрывает болезнь, - несмотря на паршивое состояние, Лик быстро включился в рабочее русло, чему Руся чуточку позавидовала. Она с похмелья бывала совершенно бесполезна, а этот вон коня оседлал и вперед.
- И не скрывает этого. На пару с защитником он обведет и судью и обвинителя скорее всего и общественность тоже. Кстати, утренние газеты видел?
- Еще нет, - бог осторожно потер лоб и поморщился. - Не успел.
- В новостной ленте, думаю, тоже есть, по крайней мере в отделе "обзор печати" точно. Засветились мы, господа, с этими островами и Дингиром.
Эйдолон скрипнул зубами. Маруся отчетливо ощущала, как шеф сдерживает, рвущуюся наружу ярость.
- А пресса и видео - это так плохо? - решила уточнить ведьма. Врагом номер один она больше не являлась, приоритет ушел на сторону, так что пора было ловить волну и объединяться с господами начальниками против общей опасности.
- Это не плохо, но очень не нужно, - политкорректно изрек Ярослав. - Сначала всунутся в детали расследования, затем если тема принесет успех, а она, поверь моему опыту, его принесет, начнут копать под следственный отдел, за каждым членом группы будет бегать пронырливый анчутка и докладывать за отдельную плату обо всем, что увидит, своему нанимателю. После чего выяснится, что у нас есть свободный маг, и вот тогда возле твоих дверей и окон, Марусенька, попробует посидеть много корыстных, падких на информацию и не в меру амбициозных созданий.
- Ой, - только и смогла ответить Руся.
- Но сначала, они достанут нас и будут мешаться под ногами, - вмешался Лик, вставил наушник и мгновение спустя потребовал у "1Б" информацию по закрытому делу с обвинениями директора ГНЦ.
- Женечка, тут такое дело... - это уже Ярослав вторил Лику от окна, отдавая приказ о поиске того же самого своему секретарю.
Русе тоже отчаянно захотелось кому-нибудь позвонить и с деловым видом потребовать достать, выяснить, отобрать, принести, рассказать... Она, грешным делом, даже кандидатов в уме перебрала. Можно Лои призвать, к примеру, но тут два минуса. Во-первых, комиссар теперь с ССБ общается, а эти маньяки и до нее, Маруси, докопаются, ежели просекут наличие знакомства особого, а так существовала вероятность, что комиссар чудом утаит ее участие в расследовании. Во-вторых, бабуля, следящая за лугару, ничего про ночного маньяка-гостя не знает и пусть дальше не знает.
- Я свободна? - обратилась раздосадованная Козлова к обоим шефам.
- Да, - ответил Лик, что-то отчаянно ища в ящике письменного стола. Ярослав не обратил на ее вопрос внимания, продолжая беседовать с секретарем.
Нет, все-таки богу нужно было помочь, не заслужил он такого похмелья. С этой отрадной и дарящей объективную цель оперативно-розыскной деятельности мыслью Маруся поднялась со стула и как можно незаметнее покинула кабинет.
***
- А-а-а, - развалившись в рабочем кресле, жалобно стонал Иму, пока Горица аккуратно мяла его затылок. Откровенно говоря, берегиня пребывала в легком недоумении. Под ее наговорами хранителя и массажа отрава должна была уйти из крови почти сразу, забрав с собой и головную боль, ее "пациент" захотеть в туалет, а она сама удалиться поближе к Маруське. Уж больно там, у ведьмы, занятная история случилась. Но, как ни странно, аниото совсем не переставал болеть и продолжал тоненько подскуливать.
- Что вы с шефом вчера опять пили? - возмущенно поинтересовалась Гор.
- Все, что вне закона и не по порядку, - чересчур довольно пробормотал Иму. - А-а, - на этот раз леопард или не проконтролировал, или просто сорвался, только стон у него вышел весьма красноречивый и возвещал вовсе не о боли.
Берегиня со злости отдернула руки и звонко шлепнула аниото по лбу ладонью.
- За что? - взвился "больной".
- За великий ум, ярую находчивость, несравненную красоту и нескрываемый героизм, - зло пробормотала Горица, гордо шествуя к своему креслу.
Иму с сожалением понаблюдал как русалка, виляя попой, обогнула стол и с недовольным выражением на лице заняла рабочее место. Было откровенно жаль лишиться ощущения ее пальцев на затылке и ее... груди, до которой он как раз доставал макушкой. Приятно.
Слева тихо рассмеялся Зверобой и покрутил пальцем у виска. Леопард не обратил внимания на подколку. Черт и раньше его донимал. Не велик враг, потому как подколки оставались всегда взаимными и всегда отмщенными. Ликург, само собой, не приветствовал, но это оказался единственный доступный для двоих его подчиненных способ относительно мирного контакта, так что бог помалкивал и периодически пресекал спонтанный легкий мордобой.
Неожиданно дверь внутреннего кабинета отворилась и оттуда на полусогнутых ногах, бесшумно прокралась Козлова. Осторожно, стараясь ничем не выдать своих действий, ведьма прикрыла за собой дверь и лишь затем облегченно выдохнула, выпрямилась и прижалась лбом к прохладной стеклянной стене, которую шеф перед началом диалога зашторил изнутри. Три пары глаз с любопытством уставились на мученицу.
- Да, да, да, - махнула в сторону сослуживцев рукой Руся, она, не глядя, чуяла плохо скрываемый интерес к своей персоне.
- И как? - с волнением первая взялась за допрос Горица.
- Нормально, - Козлова отлепилась от стены и направилась к своему столу. - Плети отменяются.
- Какая жалость, - тут же откликнулся Иму.
- Да, ну что ж ты с тобой сделаешь, а? - в сердцах всплеснула руками берегиня.
- Ай-яй, девица. С юности ничем таким не балуюсь, - легкомысленно ответствовал аниото. Маруся не сходу поняла суть ответа и лишь по плохо скрываемым смешкам Зверобоя сообразила о чем речь. Зато Горица вникла сразу и, кажется, обиделась, поскольку Иму вдруг застонал и схватился за голову.
- Чтоб я тебя еще лечила... - многозначительно пробормотала берегиня и уставилась нарочито заинтересованным взглядом в монитор. Вот тут черт сдерживаться не стал, и захохотал громко. Зверобою было не впервой становиться свидетелем того, как Горица сначала лечит леопарда, а затем после какого-нибудь его неосторожного выпада забирает свои усилия обратно, обрекая несчастного на новый виток похмельных симптомов.
Козлова, увлекшись действом, на несколько секунд позабыла для чего вообще шла к рабочему месту, а, вспомнив, принялась шарить в сумочке в поисках наушника. Как назло клипсы не нашлось ни после стандартных поисковых приемов с вываливанием содержимого на ближайшую горизонтальную поверхность, ни после углубленного - с привлечением постороннего независимого помощника, в данном случае русалки. Горица растерянно развела руки. Маруся насупилась и побарабанила по столу пальцами, принимая каверзное решение.
- Я отлучусь минут на сорок, - решение принялось быстро. Судя по стонам Иму, похмелье друзья получили совместно и путем поглощения немереного количества алкоголя, а значит и Лик там сейчас в состоянии не стояния, просто держится молодцом.
- Инициатива или распоряжение? - холодно поинтересовался Зверобой.
- Первое, - чувствуя направление диалога, пробормотала Руся.
- Тебя кремировать в мешке, в гробу или экзотика по душе? Скажем, закопать средь горных вершин?
- Вершины, - кивнула ведьма, не желая показывать страх или неуверенность в себе. - Они все равно там заняты, а у меня неотложка, - с этими словами она повесила на плечо сумочку, подхватила метлу и бегом выскочила их кабинета.
- Ты уверена? - послышался за ее спиной голос берегини. - Может, передумаешь?
- Нет, - Козлова почти бежала по коридору, не желая тратить время на бессмысленные пререкания с Горицей. С чего вдруг русалка так ее поопекать вздумала? Раньше вроде не наблюдалось за ней глупости, напротив всегда казалась крайне разумной девушкой, чрезмерно мягкой, но не дурой.