– Этот шарик отвлечёт врага, тогда и мечом легче добить его, – как маленькому объясняла я, – если не понадобится, то вернёшь. Ладно?
– Ладно, – Лидорин взял мешочек и убрал в карман, – ещё что-то? – он приподнял бровь. Я не знала, как попросить дать нарисовать на себе.
– Ну же говори, ты ведь такая смелая, – насмехался он.
– Хорошо. Закатай рукав, я напишу на тебе руны.
– Чем напишешь?
– У меня есть красящее зелье, оно потом смоется через некоторое время.
– Нет, не надо.
– Как хочешь, только руны тоже обережные, всего то, лишь на руке напишу.
Лидорин задумался.
– Ладно, пиши, только я ведь не на войну иду, – сказал, закатывая рукав и оголяя руку.
– Ты высокий, я не достану, садись, – кивком указала на бортик фонтана.
Парень сел. Я стала макать перо гаги в хину и рисовать на предплечье руны, и услышала:
– Какая встреча! Прямо умиление, чем они тут занимаются!
Я почувствовала, как напрягся парень, быстро дорисовала руну, и обернулась. В пяти шагах от меня стоял тот самый белобрысый эльф, Агельфон Брирейский со своими дружками.
И этих защитим!
Мне стало не по себе и даже страшно, но я решила не показывать свой страх, быть бесшабашной. И решила отвлечь от себя этих зазнавшихся парней. Я посмотрела на банку с хиной и увидела, что хватит ещё на несколько рун.
– Шел…,– Лидорин хотел что-то ответить эльфам, но я перебила:
– Вы тоже идёте на практику? – спросила эльфа. Потом быстро посмотрела на Лидорина и взглядом попросила не вмешиваться.
– Идём, а ты хочешь приласкать на прощание?
– На прощанье могу руну защитную нарисовать, смотри как красиво!
–Так ты ещё и рисуешь? – приподнял бровь.
– Всем желающим рисую защитные руны, – я старалась крепко держать банку, чтоб невидно было, как дрожат руки.
– Ну что же можно от такой малышки и руну получить, – продолжал усмехаться эльф, – а может, в другом месте, и на другом месте нарисуешь?
Его приятели заржали. Я даже удивилась, что высокородные эльфы могут так ржать, как простолюдины.
– Или здесь или топай дальше, – я чувствовала, как Лидорин злится.
Агельфон и его приятели сели не далеко от боевика.
– Всё, нарисовала, можешь идти. Если что у меня есть каплюсы, – тихо сказала Лидорину и пошла к белобрысой компании командуя:
– Одно предплечье оголите, и руки сцепите в замок, а то что-нибудь не то нарисую.
Эльфы засмеялись, но рукава закатали.
– Зачем руки то в замок, а потискать как?
– Затем, чтобы руны замкнуть и активировать, – несла я всякую чушь, чтоб отвлечь от своей персоны. Я подошла к белобрысому и быстро нарисовала руну на его руке.
– Пусть сохнет, – сказала ему и пошла к следующему. Тому тоже быстро нарисовала и так рисуя, обошла всю компанию. А их было пятеро. Лидорин стоял недалеко от меня и ждал. Я чувствовала пошлые мысли эльфов и боялась, что так быстро они не отпустят.
Поэтому положила банку в карман, нашла там несколько каплюс, по форме чихун и прыгун. Их действия хватит на несколько минут, а мне хватит убежать. Я чуть раздавила каплюсы и постаралась незаметно бросить под ногу эльфам.
– Как высохнет, свободны, – сказала и пошла к Лидорину.
– Эй, ты куда? Мы ещё не поговорили! – услышала я, а потом, – апчхи, апчхи, апчхи, ой!
Грохот, снова:
– Ой! – и грохот.
Я обернулась и увидела: эльфы чихали и подпрыгивали.
– Бежим, – сказала Лидорину. У него от удивления лицо вытянулось, глаза округлились. Я схватила его за руку и потянув сказала:
– Видел? Это наглядное действие, капсюль. Но только на несколько минут.
– Интересное действие! Первый раз такое вижу, – пробормотал он, находясь под впечатлением, – а ты кто, ведьма?
– Тоже мне придумал! Я человек, ни эльф, ни дракон, просто зелья варить люблю, – пояснила.
Так разговаривая, быстро дошли до моей башни. Хорошо, что он не стал спрашивать, почему ему так повезло, что я решила дать ему каплюсы.