— Что случилось, Камилла? — спросила я, буквально спрыгивая с кровати.
— Госпожа, вам стоит это услышать…, или увидеть…, не знаю, как и сказать-то, — она бросилась к моему шкафу, выудила оттуда первое попавшееся платье и рваными, нервными движениями, помогла переодеться.
Проходя по коридору, я бросила взгляд на дверь Араса.
— Его уже разбудили, — выдохнула женщина, подталкивая меня в спину.
От растерянности я не знала, что и думать. Стоит ли мне бояться? Но Камилла напуганной не выглядела, возбужденной да, но не напуганной. Руки похолодели, ненавижу не знать, что происходит. В освещенной несколькими свечами гостиной, я застала Клинта и Майю, Араса, Марона и Бурана. Ямина сидела прямо на полу, скрестив ноги, над ней возвышалась измученная, побледневшая Жизэ.
— Что происходит? — с замирающим от волнения сердцем, спросила я, ища ответа на лицах присутствующих.
— Сядь, — скомандовала Ямина, указывая на место напротив себя. — Сядь и послушай.
Старуха сделала непонятный жест костлявой рукой и Жизэ, медленно опустилась в кресло. Ей, наконец, дозволили передохнуть.
— Пока девочка отдохнет, хочу сказать, что то, что ты увидишь, не дает нам всех ответов, но это большой шаг вперед, — тихо сказала Ямина. — Пришлось немало потрудиться, чтобы обнаружить то, что скрывала моя память. Я собрала всех здесь, чтобы мы смогли вместе разобраться в том, что увидим. Ведь только сообща мы сможем хоть как-то устоять.
Лишь слепой не заметил бы как устали обе женщины, сколько магических и жизненных сил они потратили на поиски.
— Может, мы могли бы дождаться утра, чтобы вы могли отдохнуть? — я взяла Жизэ за руку и заглянула ей в лицо, она слабо улыбнулась в ответ. — Обе.
— Самое трудное позади, — сказала девушка, сжимая мои пальцы, — главное было найти. Теперь нужно просто показать, на это не уйдет много сил.
Она перевела дух, снова улыбнулась мне и встала над Яминой. Девушка обвела всех присутствующих ласковым взглядом, а потом расставила ладони над головой старейшины так, будто держит в руках что-то круглое. Она вдохнула и прикрыла глаза, рассредоточивая магию между своих пальцев. Глаза Ямины расширились, она выпрямилась и подалась навстречу девушке. Вокруг них засиял мягкий свет, старуха заговорила:
— Много столетий назад, наш мир был создан двумя богинями, сестрами. Желая превзойти одна другую, они выдумали Ильмас и его обитателей, — пока женщина говорила, в комнате оживали картинки из ее головы. Перед нами появились две прекрасные девушки. Одна была светлой, как утреннее солнце, другая темной, как ночная мгла. Я чуть было не ахнула, когда узнала темную. Это именно она смеялась в моей голове? Очень красивая, черноволосая с большими глазами. — Агния была смирной, нежной, искренней. Сестра же ее Бестия — напротив, слишком игривой, непокорной, взбалмошной. В то время, как одна приукрашала Ильмас, даруя магию его обитателям, другая вселяла в них зависть, страхи и злобу. Светлая была источником чистейшей энергии, силы, мощи. Темная лишь поглощала ее, возможно, тем самым уравновешивая. Одна не могла существовать без другой.
В комнате царила полнейшая тишина, все с огромным вниманием слушали Ямину и следили за происходящим. Две богини перед нашими глазами создавали новый мир из крупинки энергии отделившейся от Агнии. В какой-то момент я заметила лицо Араса, который как зачарованный смотрел на светлую сестру.
— Бестия не была плохой или темной в привычном понимании, просто она считала, что сестра ее скучна и слишком осторожна. Темная богиня играла с магами, даруя власть и отнимая ее, заставляла их стремиться к власти, постоянно соревноваться друг с другом. Агния позволяла ей это, но в разумных пределах. Они обе любили, созданный ими мир, — мы смотрели, как менялся, становился прекраснее Ильмас. — Чуть позже они создали Миранос и населили его людьми, без магии, и тоже полюбили его. Время шло, обитатели, созданного мира становились самостоятельнее, Богини являлись реже, лишь наблюдая за тем, как маги и люди уживаются друг с другом. Первые считали себя сильнее, умнее, важнее, людей не признавали, порою угнетали.
Внезапно перед нами возник Равий Ледоуст — молодой, сильный. Таким его мало кто помнил.
— Спустя столетия, к власти пришел Равий, жаждущий перемен. Он хотел мира, повсеместно. Желал прекратить эту постоянную борьбу между магами и пресечь превосходство ильмассцев над людьми. Он призвал Агнию и рассказал ей о своем желании. Богиня понимала, что ее сестре это не понравится, но и помыслы Равия пришлись ей по душе. Недолго думая, она создала для Равия печать, в которую поместила огромную энергию, соединившуюся с его жизненной силой, и дарующую ему власть над остальными магами. Она не пожалела об этом, ибо Равий слово свое сдержал. Мир стал лучше, во времена его правления. Медленно, постепенно он завоевывал уважение и покорность своего народа, налаживал отношения с людьми, доказывая, что более никто не будет их угнетать.