Мы смотрели как то, о чем говорила Ямина, оживало перед нашими глазами. Это было потрясающее зрелище, вернувшееся к нам из далекого прошлого.
— Наладив отношения с людьми и приструнив свой народ, Равий сокрыл от них влияние богини. Агния же, поссорившись с сестрой, вступила с ней в схватку, в которой победителей не было. Что стало с ними, никто не знает. С годами маги и люди забыли о богинях.
— Хорошо, — сказала я, — создание нашего мира и печати это, конечно, важно, но я все еще не понимаю, что нам это дает.
Я решила отложить на время разговор о темной богине, смеющейся в моей голове.
— Создав печать, Агния хорошо понимала, что эта энергия, источником которой она является, может и погубить печать. Отобрать власть у Равия. От того и вышла у них с сестрой ссора. Бестия не хотела расставаться с этим миром, а Агния была уверена, что они уже вполне могли предоставить его людям и магам.
— То есть, чтобы уничтожить печать, нам нужна энергия, которая ее же и создала? — изумилась я, понимая, что это конец. — Вы же понимаете, что это невозможно? Где мы раздобудем столько божественной мощи?
— В этом-то и весь вопрос, — сказала Жизэ схлопывая видение и опуская руки.
— Такая энергия не может исчезнуть, не может сгинуть без следа, — пересаживаясь в мягкое кресло, заметила Ямина.
— Но богинь уже нет! — горячо сказал Арас. — Они могли убить друг друга.
Старуха смерила его пытливым взглядом, чуть прищуренных глаз, и улыбнулась.
— Всему свое время, Арас, — выдала она. — Даже если и так, в чем я сомневаюсь, мощь, заключенная в Агнии, не исчезла бы. Она непременно нашла бы приют.
— И где нам ее искать? — всматриваясь в любимое лицо, спросила я Ямину.
Что-то смущало меня во всем этом. Что-то неуловимое, призрачное. Что-то такое знакомое, за что я никак не могла ухватиться.
— Она может быть где угодно, — Марон, до этой минуты молчавший, вышел в центр комнаты.
— Ну, если Равий смог призвать богиню, не можем ли мы сделать то же самое? — задал вопрос Буран. Хороший, кстати, вопрос.
— Боюсь, она не зря покинула Ильмас. И, насколько я понимаю, в воспоминаниях Ямины нет упоминаний о том, как именно он это сделал? — Марон обратился к старейшине.
— Мне приходило это в голову, однако ничего подобного я не нашла, — Ямина не смогла скрыть горечи.
На некоторое время я упустила нить разговора, погрузившись в раздумья о том, что именно меня так задевает. Я продолжала смотреть на Араса, будто ощущала, что то, что я ищу, таится в нем самом. В моей голове царил хаос, состоящий из заливистого смеха, насмешливого взгляда, полуобнаженной фигуры, девочки и глаз Араса, обращенных к светлой богине.
— Арас, — позвала я, вклиниваясь в общее обсуждение. Мужчина поднял на меня глаза. — Что тебя смутило?
Он непонимающе вскинул брови, а я подошла ближе и, невзирая на посторонние взгляды, взяла его за руки. Глядя в его глаза, я попыталась дать понять, что мой вопрос очень важен.
— Тебя ведь что-то смутило? Что-то странное, что-то привлекло твое внимание, но ты не можешь объяснить что? Верно?
— Я, — он высвободил одну руку и смущенно прошелся ею по волосам, — мне показалось, возможно, это не важно…, глупость какая-то…
— Не глупость, — прервала я его. — Говори, что смутило тебя.
— Лицо Агнии, — выдохнул он. — Оно показалось мне знакомым, словно я видел его прежде. Но это же чушь. Где я мог встретить богиню, создавшую наш мир?
Он казался растерянным, по-юношески смущенным.
— Это не все? — будто умоляя, я сжала его пальцы. — Что еще?
Арас осторожно осмотрелся, ему было неловко.
— Я не знаю, как это объяснить, — прошептал он, только для меня. — Увидев ее, я почувствовал тепло. Такое ощущение, что она близка мне. Это какая-то ерунда, но мне захотелось обнять ее.
Не скажу, что ждала именно такого ответа, поэтому, немного отстранилась от удивления и присмотрелась. Глаза Араса сияли нежностью, лаской и еще чем-то добрым, уютным. Очень странно.
— А вторая богиня не показалась тебе знакомой? — вот что я хотела знать на самом деле. Ведь, если я слышала ее смех, если она как-то связана с забытым мною вечером и этой странной шуткой с моим бельем, то, возможно, и Арасу она могла показаться знакомой.