Холод и бесконечные, наполненные звуками, ряды деревьев, что при каждом порыве ветра склоняют свои головы, роняя на тебя паутину.
Стараясь держаться подальше от особо широких корней деревьев, я шел вперед, насколько возможно внимательно глядя под ноги. Вот и угораздило же. Я даже понятия не имел, куда шел. Двигаясь лишь на внутреннем импульсе, несмотря на саднящую кожу и застилающую взгляд тревогу, я двигался, периодически судорожно оглядываясь.
Разве такое возможно? С другой стороны люди и предметы силой мысли не двигают. Да и превращение воды в спиртное до этого времени я встречал лишь в библии. С чего я вообще взял, что Анне стоит помогать? Да и еще этот разговор о том, что я сам жил в пятнадцатом веке. Давно пора было уже усвоить, что если я встретил привлекательную девушку, нужно брать ноги в руки и валить подальше, а не погружаться в ее проблемы.
— Марк, — прошелестели листья, а я остановился, как вкопанный, — Марк.
Ужас, что было отошел на задний план, ледяной волной обдал меня, заставляя судорожно крутиться на месте в поисках источника звука. Ничего. Лишь деревья и кустарники, за которыми невозможно было что-то разглядеть.
— Кто ты? — крикнул я в пустоту, опираясь ладонями на колени и переводя дыхание, — Прекращай давай, выходи.
— Обернись, — голос прозвучал слишком близко за моей спиной.
И почему на этой фразе резко расхотелось поворачиваться? Может я как-нибудь сам выберусь, не? И кто только тянул меня за язык. Но тело словно не слышало моих мыслей. Выпрямившись, я медленно поворачивался, готовясь к худшему.
— Анна? — недоуменно спросил я, глядя в зеленые глаза, что практически светились в темноте, — Что за шутки?
Но она словно и не слышала меня вовсе. Вытянув вперед руки, Анна не торопясь разглядывала плотно облегающую ее тело темную водолазку и ярко окрашенные ногти. Откинув назад длинные волосы, что кончиками касались поясницы, она осторожно провела ладонями по бедрам, ощупывая джинсы.
— Значит так ты меня видишь, — задумчиво протянула она, цокнув языком, — неплохо, но с фантазией у тебя явно стало хуже.
— Заканчивай, — устало выдохнул я, скрестив руки на груди, — я все еще рассчитываю выспаться.
— Успеешь, — хмыкнула она, тут же уставившись мне в глаза.
Мороз пробежал по коже от ощущения, что Анна видит сейчас все в моей голове. Пронизывающий взгляд доставлял почти боль и я поежился, быстро разрывая зрительный контакт. Горл словно сжали так, что воздух проникал в тело с трудом, а легкие опалило жаром. Откуда такая духота?
— А ты еще не вспомнил, да? — положив голову на бок, Анна прищурилась, а я невольно отступил назад, — Ну да, глупый вопрос, иначе бы я называла тебя другим именем.
Язык плотно присох к небу, когда Анна немного подалась вперед. Жар опалил лицо так, что капли пота тут же заскользили по лицу вниз, а я зажмурился, словно пытаясь уберечься от пламени.
— Чертовы лохмотья! — внезапно рявкнула Анна.
Щелкнув пальцами, Анна закрыла глаза, откинув голову назад. Я успел только моргнуть, а она уже стояла в касающемся травы платье, что несмотря на свой светлый цвет придавало ее лицу большую зловещность.
Я словно видел Анну и в то же время не ее. Более острые черты лица, напряженные губы и морщина вертикальной чертой разрезающая переносицу. Она была словно старше и одновременно не была такой. С другой стороны саму Анну я знал недостаточно долго, чтобы судить. Но одно отличие точно невозможно было перепутать. Воздух вокруг этой ее версии был ощутимым. Практически материальным, тугим, похожим на кисель, что не задерживался в легких, заставляя задыхаться. И эта Анна знала об этом. Усмехнувшись, она ткнула пальцем не в грудь, выписывая замысловатые узоры, а я не мог даже двигаться.
То, что в этом странном лесу мое тело не подчиняется мне, давно пора было усвоить.
Анна кивнула.
— Конечно Марк, — хмыкнула она, а ее глаза зло блеснули, — давно пора.
— Как меня зовут в твоем времени? — закрыв глаза, я вытер напрочь вспотевшее лицо.
Пожав плечами Анна послала мне снисходительную улыбку, а я уставился на ее острый ноготь, царапающий мою кожу в проекции сердца.