Я никогда не был глубоко верующим человеком, но моего суждения и понимания религий хватало для самого важного вывода — ни одно доброе и чистое создание не будет угрожать людям, проникая в их сны.
Та, кого я видел во сне, не подходила под понятие “святая мученица”. Как сейчас, я видел ведьму перед собой до мелочей. Властный и цепкий взгляд, покрытый налетом безумия. Беззаботность и даже какая-то скука, словно это единственное развлечение, которое еще приносит удовольствие, но приелось. Я был уверен, что ведьма знала гораздо больше, чем говорила.
Что снова жирным подчеркивало мою догадку. Ей интереснее было посмотреть, как я буду выкручиваться, чем найти своего убийцу. Что опять же толкало к мысли, что этот самый человек, которому так стремиться отомстить ведьма — я сам.
Поэтому мне было предельно важно понять, что же произошло в пятнадцатом веке и какую роль сыграл я в судьбе ведьмы.
— Вы не расслабляетесь, — уставший голос парапсихолога, чьи контакты я с трудом откопал в глубинах интернета, устало вздохнул где-то недалеко от меня, — Марк Алексеевич, мне кажется, что вы не понимаете всю серьезность проблемы.
Приоткрыв глаз я послушно сделал вид, что слушаю очередную порцию бреда про истинное предназначение и след, что идет за мной из жизни в жизнь. Скорее это он не понимал серьезность ситуации, чем я.
— Скажите, а что меня ждет, если в прошлой жизни я убил ведьму? — дабы переключить внимание псевдо(а может и нет?)ученого, спросил я.
— О, — развел он руками и снисходительно улыбнулся, — вероятность того, что вы были просто убийцей, настолько мала, что я даже не стал бы придавать этим фантазиям значения.
— И тем не менее, — с нажимом произнес я, кладя руки вдоль туловища и устраиваясь на кушетке удобнее.
— Марк Алексеевич, — нервно хихикнул парапсихолог, — существование ведьм в принципе не доказано…
— Так же, как и реинкарнация, но мы же с вами здесь, — усмехнулся я, — какие варианты?
Он тяжело выдохнул, опустившись на скрипнувший под его весом стул.
— Убийство в прошлой жизни, если верить ведам*, носит достаточно неоднозначный характер, Марк Алексеевич. Если убийство было совершено для защиты себя или семьи, это не считается викармой* и не нарушает дхарму*. Карма — это нечто сложнее обычного закона бумеранга, молодой человек. Если говорить грубо, то тот, кого убили, как правило нарушил какой-либо космический замысел и таким вот образом сама природа избавилась от него. Это наука, Марк Алексеевич, нельзя просто взять и сказать не понимая ничего, как это на вас скажется. Но опять же, я не думаю, что вы кого-то убили в прошлой жизни, — стул снова скрипнул и тихий шорох шагов прошелестел у меня под ухом, — а теперь спите.
____
Веды — сборник самых древних священных писаний индуизма на санскрите.
Викарма — грех или преступление, негативная карма, деятельность, противоречащая ведическим предписаниям
Дхарма — совокупность установленных норм и правил, соблюдение которых необходимо для поддержания космического порядка
Карма — вселенский причинно-следственный закон, согласно которому праведные или греховные действия человека определяют его судьбу, испытываемые им страдания или наслаждения
Маленький кусочек про Марка. Если сейчас будет получше, ночью дам еще кусочек из пятнадцатого века.
Спасибо всем за слова поддержки и пожелания выздоровления. Я даже не думала, что у меня так много очень добрых людей. Очень приятно!
Отец настоятель
Франция, Нёшательский феод, деревня Домреми
30 мая 1436 года
Ладан противно лез в нос, заставляя Анну ненароком то и дело прикрывать лицо платком. Воскресная служба уже подходила к концу, но Сибилла желала остаться немного после, чтобы помолиться за здоровье матушки. Конечно, Анна не могла оставить ее одну. Последний год их мать не ходила, оставаясь прикованной к кровати, а отец работал с удвоенной силой, чтобы прокормить семью. На Анне же лежали все домашние дела, здоровье матери и забота о Сибилл.
На стук в дверь она практически не отзывалась почти год. Тот раз, когда позабыв об осторожности перед натиском голода, Анна проклинала каждый день. После встречи с Гилбертом она вздрагивала от любого шороха, готовясь каждый день, что за ней придут. Ожидание убивало, но не долго. Через трое суток вернулся отец. Будучи послушной и честной девушкой, она все тут же ему рассказала. В ту же ночь на стук в дверь поднялся отец. Тогда Анна испытала облегчение, но шло время, а никто не торопился сжигать ведьму. Постепенно она заскучала по опасному, но интересному и такому притягательному ремеслу.