— Отпустите меня, Матвей Павлович. Мне достаточно, больше не надо. Не хочу.
— Пожалуйста, Ванеева? – в голосе ректора мучительная просьба.
Только о чем?
Он больше не просил, взял меня за бёдра, перевернул, буквально продемонстрировав выражение «вертеть на х*ю», и поставил перед собой на четвереньки, с протяжным стоном входя на полную!
— Ай-яй! Матве-ей Павлович! Вы чего?
— Мне – не достаточно. Я все еще хочу, — бросил он и задвигался.
Я непроизвольно вцепилась в камень обломав ногти, вскрикнула от поехавших коленей, только сейчас заметив, что алтарь совсем не располагает к получению удовольствия в такой позе, и сжала мышцы, туже обхватив ректора за член.
Теперь вскрикнул мы оба, я от боли, а он от удовольствия.
— Расслабься же, — хрипло пробормотал Матвей Павлович, снова сдавливая мне бедра и с силой насаживая на член, по пути наотмашь шлёпая ладонью по заднице.
— Матвей Палыч! – взвизгнула я, отстраняясь под его протяжный стон.
— О, да, Ванеева. Не напрягайся, иначе всю следующую неделю сидеть не сможешь.
И снова толкнулся в меня, выбивая дух, а я вопреки своей послушности сжала ствол, мешая меня таранить. И опять взвизгнула от звонкого шлепка.
— Вам нельзя пороть студенток!
— Тогда слушайся своего учителя… Да-а… Та-а-ак… Не зажимайся, малышка…
Меня развезло от обращения. Малышкой меня называли с раннего детства, не только вся семья, но и сестры. Пока я еще не ведьма, не сестра – я малышка, а ректор интуитивно попал в самое сокровенное, чтобы снять барьеры и довериться ему.
Вот тогда и ощущения изменились совершенно. От ритмичных выпадов ректора, от длинного скольжения его немаленького члена внутри, горячая волна хлынула к щекам, а потом затопила низ живота, от чего скольжение стало более мягким.
Матвей Павлович вдруг надавил мне на поясницу, прогибая и не давая приподняться, и снова толкнулся внутрь.
О-оо-о-оу-у-уу! Так оказалось намного чувственнее. Я сильнее оттопырила попку, чтобы чувствовать каждый сантиметр моего большого ректора. И он перестал торопиться, теперь загоняя в меня до упора, а потом медленно протяжно выходя, давая почувствовать и вздрогнуть, увеличенный ободок головки. В этот момент я зажимала мышцы, выдавливая из ректора протяжный удовлетворенный стон.
И всё повторялось, набирало обороты, я растекалась по камню, предчувствуя, что могу взорваться в любую минуту, что язык даже рядом не стоял с тем острым наслаждением, которое я испытываю сейчас…
— Ай! Матве… За что?! Я же послушная! – взвилась я от нового шлепка по ягодице.
— Не торопись, давай вместе!
Чего вместе – мы уже час наверное настолько вместе, насколько это возможно!
— Сейчас, малышка, сейчас…
Ректор тяжело дышал, быстрее и резче входя в меня и подрывая терпение. Мышцы внутри и снаружи подрагивали, я сжимала его внутри и ломала оставшиеся ногти о камень. Мне казалось он и так огромный, но это мне казалось! За секунду до моего полного падения, член у ректора стал просто нестерпимо громадным. Последним толчком он поставил точку где-то в районе трепещущего от нетерпения желудка и придержал бедра рукой, не давая мне отодвинуться.
Но двигаться я была уже не в состоянии. Тело колбасило от новых, никогда ранее не испытанных эмоций, я умирала и не хотела, чтобы моя смерть прекращалась. Осознавала, что именно Матвей Павлович виноват в моем истреблении, но в сердце от одного упоминания о нем, заходилось от восторга и любви к нему.
Моё естество хотело умирать только с ним, с ректором, чтобы потом возродиться в новом сильном теле.
— Светлый Ковен отказывается от ведьмы.
Но мне было плевать. Я чувствовала теплую влажность внутри меня и уменьшающееся давление от ректора. Он с тихим облегченным стоном навалился на меня, придерживая вес рукой, но плотно прижимаясь грудью к спине. И это добавило восторга в очумевшее от счастья тело.
Я снова задрожала, чувствуя, как Матвей Павлович обвивает меня рукой, целует в затылок и говорит абсолютнейшую ересь, которую я могу слушать от него до конца своих дней.
— Ванеева, Саша… Ты моя прелесть… Ты самая… Моя. Моя замечательная. Малышка…
— Темный Ковен приветствует свою сестру!
Опустошенная и счастливая я разнежилась в руках ректора, уютно укладываясь к нему под бок на кажущемся теперь мягком камне.
А ведь эта инициация крайне приятная штука! Не уверена, что метле удастся переплюнуть ректора в своем полете!
Дорогие читатели, если вам понравилась книга, не закрывайте, а дочитайте ее здесь. Пожалуйста, купите на Литнете! Автору всегда приятно, когда вы благодарите меня за книги покупкой ♥♥♥