Я дернулась, едва коснувшись рукава Эриба, когда он уже хотел уйти. В его взгляде отразилось удивление. Но удивление сменилось на легкое недоумение, слегка изогнулись в усмешке губы. Он ждал.
–Мне…, –«Возьми себя в руки! Сейчас же!» – Побудь со мной.
Закусила щеки изнутри, борясь с желанием выругаться. Пускай думает, что я предлагаю ему трахнуть себя, плевать. Пускай эта идиотская ухмылка не уходит, пускай думает, что я жалкая. Плевать. Я должна хоть что–то узнать, не могу больше существовать в неведение.
Эриб перехватил мою руку, чтобы скрыть дрожь в моих пальцах. Приблизился, обдавая холодом и неприятными воспоминаниями. Шепотом, едва слышно, проговорил:
–Они хотят видеть ведьму. А не жалкую и разбитую тебя.
Зубы вонзились в щеки сильнее. Вампиры хотят видеть ведьму? Королеву, мессию? Кого они хотят видеть? Для чего? Но больше всего ранило то, что Эриб вновь унизил меня.
–Идем.
«К ноге.»
Он поднялся первым, провожаемый заинтересованными взглядами. Мне хотелось скрыться, сбежать, словить не одну стрелу, быть задушенной проклятым ошейником, но не идти за ним. Но я должна. Я должна выбраться из этого безумия ради Мерака, ради нашей дочери…
Эриб обернулся ко мне, его глаза становились черными. Показалось, что ошейник кольнул кожу. Встала и молча последовала за ним. Сколько времени потребуется, чтобы узнать хоть что–то полезное? Станет ли Эриб вообще отвечать на мои вопросы?
Мой шатер был не меньше того, где отдыхал сам Эриб. Дальше остальных, светлее, потому что в нем никогда не гасили свечи, только перед тем, как собираться в путь. Удивляюсь, что его еще не пометили какой–нибудь позорной меткой. А ведь полубог прав. Вампиры не смотрели на меня, как на ведьму. Их отношение ко мне сильно разнилось с тем, что я испытывала в замке Мерака или даже в поместье вампирши перед выкупленными рабами барона. Я сама себя так вела, сама опустилась в глазах бессмертных. Но мне нужна новая цель, чтобы встать на ноги. Мне нужна надежда на свободу.
Отпустив вампиров, которые охраняли мой шатер, Эриб поднял плотную ткань, пропуская меня вперед. Глухой шорох плотной ткани говорил о том, что пути обратно нет.
Оглядела шатер в поисках безопасного места, но тут же себя одернула. Не стану прятаться от него. Не зачем вновь показывать свою слабость.
–Что ты хотела узнать?
Наедине Эриб менял облик на привычный ему: золотистые волосы потемнели, в глазах больше не было изумрудного блеска. Не думаю, что это его настоящая внешность, но разгуливать в обличие змеи не так удобно, чем в человеческом.
Вдох. Орать и срываться на нем не имеет смысла, как и показывать свой страх. Никогда не боялась змей, но и не питала к ним безумной любви. А сейчас Эриб напоминал застывшего удава. Не хватало длинного хвоста, скручивающегося перед рывком.
–Ты же не думаешь, что я поверю в твое желание переспать со мной?
Бессмысленно удивляться. Что ему плотские утехи? Скорее всего он просто изображает Финэя и наверняка отдает контроль ему, когда трахает очередную вампиршу.
–Почему нет? – я села на небольшой пуф, расправляя складки помятого платья. Если вампирам не нужны шатры, то жить в удобстве и роскоши им никто не запретит. А это они умели.
Эриб не двинулся, но губы вновь изогнулись в усмешке.
–Потому что ты боишься меня.
Слишком прямо. Мурашки неосознанно поползли вниз по шее. Он чересчур хорошо изучил меня.
–Если бы не боялась, ответ был бы другим?
Радоваться собственной смелости я не могла. Наверняка адреналин ударял в голову, спасая от неловкой ситуации. Это и вдохновило меня продолжить:
–Ты слишком много времени проводишь среди других. Но при этом до сих пор таскаешь меня с собой.
Я видела, что он хотел возразить, но продолжила.
–Ты надел на меня ошейник, потому что боишься моей силы, ты…
–Я могу контролировать твою силу с помощью него.
Это правда. И я давно это поняла. Использовать свою магию, даже свою кровь я больше не могла. Зато Эриб ловко манипулировал мною, при каждом неверном действии делал так, чтобы ошейник причинял боль.