Раскачивая колыбельку, Сакрана смотрела в узкое окно. Над столицей никогда не светило солнце, что не могло не радовать остальных вампиров, однако сама Сакрана терпеть не могла хмурые тучи и такие же хмурые лица бессмертных. Она, как и Лирин, терпеть не могла вампиров, ненавидела и эльфов… Пожалуй, из–за этого ей было вдвойне тяжело здесь. Она пыталась написать Лирин, но Берташ говорил, что давно потерял с ней хоть какую–то связь. После смерти Равэнны, они редко общались, хотя обе понимали, что та лишилась жизни из–за своего предательства. Да и Мальбоса, которого она так любила, старалась не вспоминать. Его убили по приказу Садра и никто не смел оспаривать решение короля. Никто.
В дверь постучались. Наверняка Берташ нашел время, чтобы их навестить.
Совсем тихо, без скрипа, дверь отворилась.
Брат держал в руках письмо, давно распечатанное и прочитанное, он закрыл дверь и прошел вперед. Убедившись, что Мория спит, он все же тихо проговорил:
–Я приказал через пару дней собирать карету для тебя и…–он помедлил, наблюдая за мирно сопящей девочкой. – Мории.
Сакрана улыбнулась. Ребенок поменял не только ее отношение ко всему, но и, очевидно, брата. Он сам не замечал, как мягко, совсем непривычно для него, относился к дочери Мерака. Это не могло не вызывать улыбку.
–Что–то случилось?
–Я получил письмо от Садра. И одно от одной их адепток Мерака…
Сакрана взяла протянутые письма, но не торопилась их прочесть.
–Похоже, у нас проблемы.
Берташ отлично справлялся с обязанностями короля, хотя и являлся временным монархом, пока старший брат отсутствовал. Он смог подавить усобицы внутри столицы, вывести на чистую воду несколько домов и добиться их полного подчинения трону. Однако это не отменяло тот факт, что правлением Садра, пускай и коротким, никто не был рад.
–Мерак жив, его казнь отложили из–за истинности с Элен.
–Но…
–Зеркала показали неправду, но многие в это поверили.
–Так почему у нас проблемы?
–Если Мерак жив, то он станет королем вместо Садра. Даже если Садр спокойно отдаст престол, что теперь весьма сомнительно…– Берташ потер руки в перчатках, которые все еще не сменно носил. – Даже если Мераку удастся вернуться, у нас будут проблемы с престолонаследием.
–Боги, как будто сейчас время об этом думать…
–Адептка родила от него несколько лун назад.
Сакрана быстро пробежалась глазами по написанному письму, но ни дракха, кроме раболепства перед «господином», не поняла.
–То есть у нас две потенциальные принцессы, которых надо защитить? – вампирша подняла взгляд на брата и поняла, что тот тоже недоволен происходящим.
–Я отправлю тебя в западные земли Валлии. Мать убита, мне сообщили на днях, а ребенка спрятали в деревне. Мы не можем потерять королевскую кровь.
Сакрана кивнула. Давящая боль в груди разрывала ребра изнутри. Она сама никогда не сможет иметь детей, а теперь боги смеялись над ней, посылая сразу двоих детей без материнского тепла. Мальбос мертв, его нерожденный ребенок тоже. А в небольшой колыбельке спокойно спит дочь ведьмы. Была бы она видящей, никогда бы не согласилась на подобное, но отказать брату не могла. Точнее, не хотела. Что ей остается, если единственный, кого она любила – убит. А то, ради чего она так долго жила, давно забыто и похоронено в маленьком гробике на севере Валлии. Она и ребенка ведьмы назвала в честь своей погибшей и горячо любимой Мории.
Только Мальбос знал об этом, и он тоже унес этот секрет с собой. Навечно и посмертно.
Сакрана не слышала, как ушел брат. Она зачем–то поправила одеяльце спящей девочки и радостно улыбнулась, когда светлые глазки открылись.
***
Третьи сутки мне снится моя дочь. Я вижу колыбельку, которая сама по себе раскачивается, вижу протянутые наверх маленькие ручки, но ни плача, ни криков не слышу. Подхожу ближе – и вместо ребенка на меня смотрит темное нечто, превращаясь в клубок змей.