Выбрать главу

Видящая говорила долго. От проклятия богов она перешла к самому главному – полубогу. Ее слова тянулись, вводили меня в какой–то транс, из–за чего большую часть разговора я не слышала… Что со мной происходило, я понятия не имею. 

–И прежде, чем полубог решит отомстить богам, нам нужно его уничтожить. Я только знаю, что все мы должны помочь Элеоноре добраться до башни. Там будет последняя битва. 

«Последняя битва! Но я же только хотела встретиться с Мераком!»– мысли накрывали меня одна за другой. Тело ослабло, в глазах потемнело и меня внезапно потянуло в сон. 

 

 

***

 

Путешествие по морю проходило намного быстрее, особенно, когда ветер сопутствовал этому. Благо Мерак додумался взять в небольшой отряд магов стихий, отчего даже если не было ветра, воздушные магические потоки несли судно по морской воде. 

Добраться до Свободных земель через Ледяной пролив, затем Сумрачные острова, оказалось не так сложно. Спустя меньше луны корабль прибился к берегам Эмеральдской  равнины, того самого места, где он впервые встретил Элен вживую. Откуда и забрал в Валлию. 

За несколько недель, проведенных на Северных островах, они добыли куча черного стекла. Не так много, чтобы вооружить им армию, но достаточно, чтобы сковать добрую сотню оружия. Если бы не маги, корабль потонул бы сразу, но Мерак обещал всему отряду, что доберется до башни. Он понятия не имел, почему башня – то самое место, где снова встретит Элен. Однако это единственное место с магической защитой, которую его маги смогут восстановить. 

Пока остальные занимались разгрузкой корабля, Мерак попросил Циртона найти Садра. Он знал, что брат рано или поздно покинет Рэффир, а постоянные письма Берташа только подтверждали это. Ну что ж, Валлия пала. Алый Серп восседает на троне в столице, подминая границы с Лэниилем. Берташ не говорил, где ему удалось спрятаться от ядовитых лап дроу, однако он знал, что тот в безопасности. И в безопасности его две дочери: Моррия и Ламирса. Если когда–то и удастся отвоевать престол Валлии, то Мерак был бы не прочь посадить одну из своих дочерей на трон. И саморучно возложить корону на голову правительницы. Тем не менее, он попросил брата сделать невозможное: ему попалось заклятие ведьм, которое блокировало нежилательное проявление крови любой расы. Он не хотел, чтобы магия тьмы принесла вред кому–то из дочерей, поэтому вампирскую сущность следовало подавить. Это было опасно и Мерак понял бы, если бы брат отказался. Но тот принял предложение. 

Едва обосновавшись в башне, которую маги тщательно и быстро отстраивали, он получил очередное письмо. На этот раз от Хайрона. И это было не просто предупреждение о надвигающейся угрозе в виде полубога, это скорее была мольба о помощи. 

Нейтральные земли стерты, города сожжены. Обелиски, подавляющие магию, перестраивают превращая в темные артефакты накопления силы. Пока не совсем понятно, для чего полубогу понадобилось накапливать столько магии, но  новые набеги со стороны Рэффир были вовсе не от оборотней: Эр–Рхиб возродил инквизиторов во всей своей красе. Они искали ведьм, колдунов, а в последнее время просто нападали и сжигали деревни. Что происходило в голове полубога, отчего он думал, что ему все дозволено – непонятно. 

В какой–то из вечеров Мерак решил, что пора связаться с Элен. Он давно не пользовался собственной магией, но в прошлый раз практически случайно попал в ее сон. Она его забыла – и это осознание пугало больше всего. Наверняка полубог это сотворил с ней. 

Разложенный свечей, найденных артефактов хватило, чтобы войти в транс. Привычным движением он разрезал кожу на запястьях, выпуская остатки темной магии…

Дым наполнял комнату, змеи, выползающие из черных сгустков крови на его запястьях, образовывали круг. Тянущая боль на месте мертвого сердца, и – он проник в сон. 

Небольшая заснеженная поляна. Горящий костер, раскидывающий оранжевое пламя, тени среди деревьев. 

Она сидела на бревне, кутаясь в одеяло. Черные, непривычные волосы обрамляли худое лицо. Только глаза светились знакомым серебристым блеском с едва заметным лазурным оттенком. 

–Это ты затащил меня в сон?

Голос казался разозленным, но Мерак не придал этому значения.