-Обращение. После него ты не будешь прежней.
«А какой я вообще была?», - хотелось спросить, однако смолчала. Он не задал вопрос, не требовал мнения, и говорить ему что-то – я не видела смысла. Не обязана – да, если буду заботиться только о себе. Но я чувствую, что принадлежу себе: у меня нет воспоминаний, нет тех, кто разгребет все дерьмо за меня, нет тех, кто защитит… После смерти Кайлин я ждала, что большая часть оборотней и бывших рабов уйдет. Наверняка останутся только сторонника Мерака. Уход Люциана многих склонил к сомнениям. Я еще не встречалась с остальными, кроме Лойтара и Нави, но уверена, что призрачный союз начнет рушится.
Поэтому я прошла мимо Циртона. Возможно, он ждал ответа, да. Но мне нечего ему говорить.
Какое-то время мы шли молча, пока я не начала расспрашивать про ритуал. Я должна была знать, что меня ждет, насколько бы пугающе или опасно это ни было. Алые лучи солнца скользили по нетронутому снегу вокруг нас, скользили по нашим спинам, не даря никакого тепла. Много крови, боли, а потом вечная жажда – вот, что ждало меня. Сердце сжималось, но не от страха. От осознания, что это необходимо, чтобы я стала сильнее. Чтобы мы смогли победить Эр-Рхиба. Ведьма, обладающая магией крови, которая станет вампиром – не бред ли какого-то шизофреника? Вытягивать из жертв кровь, чтобы в тот же миг насытиться ею. Не знаю, насколько это идея хорошая. Но она единственная, так как стать сильнее за короткий промежуток времени я бы не смогла. Никто бы не смог.
-Скорее всего ты пролежишь без сознания какое-то время.
-И как долго?
Не хочу быть в неведение больше. Не хочу быть бессильной. Нам неизвестно, что готовит Эр-Рхиб. И что он уже сделал – мы тоже не знаем.
-Не могу сказать, - Циртон остановился. И я сначала не поняла, почему он замер.
Мы подходили к оврагу, большому, с острыми клыками камней, разинутому, словно пасть. Внизу покоился небольшой город, домами уходящий в равнину, соединенной с каменистым оврагом. Город был освещен, отчего вся местность напоминала пасть глубоководной рыбы со светящимися внутренностями.
-Многие не выживают после обращения, - тень позади меня появилась так же внезапно, как и очертания Мерака в ней. – Ты можешь пролежать час или год. Это зависит от тебя.
-Мы так не договаривались.
Я увидела холодную усмешку. Циртон почему-то отвернулся.
-А мы вообще договаривались, Элен? – он сделал шаг ко мне, я не отступила. Внизу камни, впереди клыки и когти. Мне решать, друг он или враг мне. Но проблема в том, что тьма внутри него была такой же мерзкой, как и та, что внутри меня.
-Я не смогу сражаться, если пролежу долгое время.
На какую-то долю секунды мне стало интересно: сделал бы он это раньше? Я ведь не вампир, но по словам многих – провела достаточно времени с ним, чтобы стать такой же. И тем не менее, он меня не обратил. Никто не обратил.
-Идем, - он протянул руку, не оставляя мне выбора.
Мы растворились во тьме, как только мои пальцы коснулись холодной ладони вампира.
Думать о том, что я могу отказаться – поздно. А могла ли я вообще отказаться? Я же заключила с ним сделку: забираю драконьи камни, он обращает меня. Зачем? Стать ему подобной, разделить тьму внутри него? Осознавал ли он, что дает мне власть таким образом? Что сделает меня сильнее?
Мерак отпустил мою руку, как только ноги коснулись земли. Мы оказались на окраине города на неосвещенной улице. Циртона рядом не было.
-И куда дальше?
Вампир молча указал на странное здание, высеченное в стене каменного оврага. Красные лучи солнца уже не доставали до поверхностей домов, а уличное освещение было слишком далеко, чтобы я могла хорошо рассмотреть строение.
Мерак молча пошел вперед, я сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Никого, кто бы мог нас увидеть, но чувствовалась магия, исходящая от вампира. Возможно, он скрыл нас от посторонних глаз. Я слышала вдалеке чей-то голос, город не был заброшенным – чувствовалась жизнь. Даже в деревянных и каменных домах, стоящих подальше от странного строения впереди. И только подойдя ближе, я поняла разницу между жилыми домами и этим…храмом.
Высокая арка из камня вела во тьму, тьму пещеры. Ни единого окна, кроме узорчатой, но в тоже время мощной арки. Моя магия не позволяла видеть во тьме, хотя я и могла различать предметы лучше других в подобных условиях. Но внутренности храма оставались недоступны моему зрению – густая тьма, как кисель, казалась недвижимой.