–Я надеюсь, что мы тут одни?
–О, тебе так нравится мое общество? – принц наполнил бокал возле меня, улыбаясь.
–Я просто не хочу знакомиться с кем–то еще, – вспоминая слова Мерака про гостей, ответила я.
Садр сделал глоток, затем еще один и еще. Очередной пьяница, неудивительно, что мне с ним было легко.
–Слишком рано для сестер, да и Берташ изучает сад.
Я изогнула бровь.
–То есть, здесь уже ваши сестры?
–О, не бойся. Если близко к ним не подходить, то тебя не съедят!
Он рассмеялся, незлобно, отчего я тоже улыбнулась. Около часа мы болтали. Садр делал вид, что не смотрит, как я ем, а я пыталась расспросить про их семейку побольше. В итоге, он рассказал многое и скорее всего то, что не должен был. Одна из сестер считалась любовницей Берташа. Это было давно, но Сакрана, как ее назвал Садр, не может забыть. Я, конечно, понимала, что не мне указывать, кого и как любить, но отношения внутри семьи…Бррр. Наверное, для вампиров это нормально.
Не знаю, но мне действительно было легко с этим наглым, но весьма обаятельным вампиром. Он ни кичился своего статуса, не производил впечатления убийцы или насильника, да и всем своим видом показывал, что вполне благосклонен ко мне. Но изредка я улавливала его грустный взгляд, словно тень в этот момент падала на него, а уже через секунду появлялась улыбка. Может, он влюбился в меня? И понимал, что ему ничего не светит?
Я допила вино и попросила Садра вернуть меня в покои. Глаза слипались, спать хотелось – алкоголь разморил меня. Если бы вампир начал приставать, вряд ли бы я нашла в себе силы сопротивляться. Но на удивление, ничего такого не делал. Он переместился со мной в комнату, терпеливо подождал, пока я улягусь, накрыл одеялом. Перед тем как уснуть, я заметила его взгляд. И стало не по себе.
Не хочу, чтобы у него были какие–то надежды. Придется напрямую напомнить ему, что я ничего никогда не захочу ни с ним, ни с Мераком. Не успела я окунуться в царство Морфея, как легкий, будто дуновения ветра, поцелуй коснулся лба. Почему–то уверена, что это был Садр, но сквозь ресницы едва уловила темные волосы и немного другие черты лица.
Мерак. И я узнаю, что с ним происходит.
Глава 7
Проснулась я далеко за полдень. Хорошо, что не проспала весь день! В голове вертелась мысль о том, что сегодня я увижу Ирбет! Мою хладнокровную, преданную воительницу. Не думаю, что вправе называть ее своей подругой, но для меня она точно была кем–то вроде сестры.
Не успела опустить ноги на холодный мрамор, как появились девушки–слуги. Все трое. Невысокие, одна пухленькая, одна совсем худышка, последняя была чем–то средним между двумя. Темноволосые, глаза у пухленькой и худышки были карими, средненькую, их имена я так и не спросила, не успела так внимательно разглядеть.
–Давайте я сама, – быстро проговорила, когда те несильно, но настойчиво потянули меня с кровати. Все–таки я всю жизнь заботилась о себе, мне было непривычно, и что уж там, неприятно, когда взрослые девицы трогали и мыли тело.
–Госпожа, мы поможем, – проговорила одна, две другие закивали, насильно потащили через покои.
Да черт возьми! Я заскрипела зубами, сначала попыталась высвободиться, но хватка у пухленькой была стальная. Я выдернула руку, оставив девушек смотреть на меня удивленными огромными глазами. Надо расставить все точки над «i», и как можно быстрее. Мне не нравилось, что некоторые мои потребности вычеркнули из списка «личное».
–Не надо, подождите, – пыталась увернуться, но не тут–то было. Пухленькая перехватила меня за плечи и повела в купальню. Не лягаться же, как неретивая лошадь?
–Госпожа, сейчас все сделаем, не переживайте, – лепетала самая маленькая и хрупкая. Она виновато смотрела на меня, то ли кланяясь постоянно, то ли поглядывая на мои босые ноги.
Я не выдержала. Если они не понимают, то придется принимать крайние меры.
–Мерак! Мерак!
Ничего лучше придумать я не могла спросонья. А кого мне звать, если он тут главный? Да и раз меня не слушаются, может, его услышат. Наверняка у него есть какой–нибудь артефакт или еще что, позволяющий вызывать прислугу. Ну или на крайний случай, я могла бы просто выходить за дверь и звать кого–то из них.
Лица девушек вытянулись, они побледнели, начали трястись, переминаясь с ноги на ногу. Успокаивать я их не стала, они не поймут, что никакого зла я им не желаю.