Ничего, ничего никогда не хочу слышать о нем. Никогда. Слезы потекли по щекам быстрее, чем я осознала это. Почему я не чувствую боли? Я кричала так громко, что горло охрипло, начало болеть. Но это вчера. Сейчас абсолютно ничего. Может, я все еще сплю?
Едва слышимый шорох в ногах заставил меня вздрогнуть и мгновенно усесться, притянув колени к груди.
–Элен, что произошло? – сдерживаемая злость принца испугала меня еще больше. Я уткнулась лицом в колени, обхватив их руками.
Брат Садра – чудовище. Я боюсь его. Моя мнимая храбрость перед ним испарилась. Еще за ужином я чувствовала, что Мерак изменился. Да, он всегда был холоден и равнодушен ко мне, пускай и были моменты странной мягкости в его поведении. Но не за ужином. Никогда так откровенно ненавистно он не смотрел на меня.
–Элен, пожалуйста! Не молчи!
Голос наследного принца прозвучал совсем близко. Я набрала в грудь побольше воздуха и начала говорить. Все. Абсолютно все, что со мной произошло. Не понимала, откуда во мне столько доверия к этому вампиру, но сейчас мне хотелось выговориться. И, наверное, быть услышанной, понятой. Прощенной? Возможно.
Я хотела убить Мерака. Ирбет рассказала мне о проклятии, но и без знаний о нем я бы это сделала. Единственное, что меня останавливало – кольцо. Ирбет дала мне кинжал, и спасибо тому дроу, Хайрону, что смог наложить стену невидимости прямо у всех вампиров под носом. Даже Сакрана, сидевшая рядом со мной, ничего не заметила. И как только Мерак переместил меня в комнату, с ним что–то начало происходить. Если бы я не знала о том, что он владел темной магией, я бы испугалась. От него, словно через кожу, наружу лез черный дым. Он был в ярости, и я совершенно не понимала почему. Первый удар был по лицу. Настолько сильный, что я упала на пол. Пока Мерак медлил, будто пытался справиться с безумием, я вытащила кинжал, спрятанный под платьем за спиной. Удобный приталенный ремень позволял закрепить рукоять так, что острие весь вечер впивалось мне в бок. Хорошо, что никто не заметил. Видимо, до крови дело не дошло.
И я отрубила свой палец, где было не снимаемое кольцо. Были мысли всадить кинжал в сердце вампира, но я слишком торопилась. Никаких вариантов в тот момент я не рассматривала. Заговоренный кинжал как по маслу прошелся сквозь кожу, кость…Наверное, чудом я не потеряла сознание от боли. И вместе с пальцем я отрезала от себя это чертово кольцо!
–Потом он словно… я не знаю…Он сошел с ума, Садр. Мне страшно.
Садр молча слушал, пока у меня были силы говорить без слез. Но на последней фразе я не выдержала. Вампир крепко прижал меня к себе.
Почему? Зачем он так делал? Он залечи мои раны, спас меня, выслушал. Почему я чувствую такое спокойствие рядом с ним?
–Я пришью твой палец…
–Нет! – вскрикнула, наконец подняв голову.
Слишком близко, я невольно отстранилась. Попыталась. Увы, Садр держал слишком крепко, а его холодные объятия на удивление не были противны. Он внимательно смотрел на меня. Наверняка, будь здесь светлее хоть немного, я бы различила его взгляд.
–Я найду способ снять кольцо. Только тогда пришью, – мягкий, такой мягкий голос, что я невольно поджала губы, пытаясь не расплакаться. Вампир продолжал: – Твоя красота слишком редкая, чтобы оставлять твои прекрасные руки в таком…состоянии.
Садр аккуратно погладил меня по правой руке, затем несильно сжал пальцы. Ему не противно? Я грустно улыбнулась, все еще сдерживая себя, чтобы не разрыдаться. Не считаю, что у меня редкая внешность, но сейчас его слова действительно помогали мне.
–Я отдам тебе кое–что, хорошо?
Вампир отстранился, а в углах зажглись свечи. Уверена, что это он.
Как же он…изменился? Нет, волосы не отросли и вес он не набрал, я же вчера с ним разговаривала и ничего такого не замечала. Но лицо казалось осунувшимся, а расстегнутый наполовину камзол заляпан в чем–то…кровь? Да и глаза, наполненные болью, тоской и чем–то еще. Неужели он настолько переживал за меня?
–Это кольцо гончих. Они смогут тебя защитить. Или по крайней мере, поднять такой шум, что я успею прийти.
Я не понимающе смотрела на принца, пока он надевал на палец серебряный перстень с красным камнем.
–Не бойся, его можно снять, – улыбнулся он, а я снова подметила, насколько замученным и уставшим он был. – У темных гончих, скажем, тоже есть магия крови. Их вой слышат те, чью кровь они попробовали. То еще испытание для ушей, – слабо усмехнулся вампир.