–Ты отвлекаешь меня. Уйди, пока не пристрелил тебя и то, что ты носишь в утробе.
Хорошо, что магия все еще слушалась ее. Пришлось оставить оружие, чтобы исцелить зрение. Жалкие доли секунд, но лекарских способностей достаточно, чтобы увидеть хотя бы смутно два силуэта. Высокий темный и смазанный, чуть пониже, пестрый, но все еще не разборчивый. Что за белое пятно позади? И почему оно словно скачет по стене?
–Мерзкая сука!
Визг, ответный вскрик, хруст ломающихся костей. Два пятна перед Ирбет смешивались в какое–то непонятное месиво, одно словно испарилось. Морриус исчез.
Но девушка не торопилась подняться: злобный высокий голос принадлежал сестре. Безумной, но родной сестре.
–Вот же дрянь. Я должна рассказать господину…
–Помоги, – тихо перебила Ирбет, понимая, что камни активированы в ее сторону, пока никак не затронут Тэяту.
Пока сестра разбивала артефакты каблуком, девушка надавила правой ладонью на глаза, ощущая холодную целительную магию. Да, нужно больше времени, чтобы зрение пришло в норму. Да и сломанные артефакты уже не излучали губительную магию.
Легкий шорох совсем близко, в ноздри ударил такой родной и близкий запах.
–Он посмел использовать волчий камень?
Ирбет кивнула, все еще держа ладонь на лице. Внезапно рука сестры убрала ее, а перед глазами наконец перестало все плыть, постепенно приобретая привычные четкие очертания.
–Будь со мной, сестра, – как–то тихо и жалостливо проговорила Тэята, вглядываясь голубыми глазами куда–то глубоко и настолько проникновенно, что сердце непроизвольно кольнуло. – Служи господину со мной.
Ирбет грустно улыбнулась. Неисправима. Упряма и слепо предана убийце.
–Я служу своей госпоже.
Ей хотелось добавить, что Мерак и Элен истинная пара, поэтому они будут видеться чаще, но промолчала. Тэята отвела взгляд, будто боялась, что младшая сестра заметит темный блеск в ее глазах.
–Зеркала не показали истинность, – широкая безумная, но радостная улыбка растянула бледные губы старшей сестры. Грусть куда–то испарилась.
Что? Но как это возможно? Ирбет точно знала, что ведьма принадлежит вампиру, она ему предназначена судьбой. Более того, сегодня Хайрон клялся, что ощущал сильный поток магии от ведьмы, он подозревал, что кто–то снял проклятие Бриэльзы.
Тэята помогла ей встать, крепко удерживая за плечи. Как и в детстве, когда Ирбет больно ударялась всякий раз, когда они играли вместе. Тэята всегда вела и догоняла ее, а ей было так весело, что препятствий она никогда не видела. Хорошо, что их мать была целителем. И хорошо, что обе унаследовали ее магию, иначе бы не выжили после обращения.
–Нужно торопиться.
Тэята кивнула и не без удовольствия с силой вонзилась каблуком в раскрытую ладонь убитой молодой женщины, как только поравнялась с ней. Черные волосы, испуганный взгляд. Да, она была на приеме в тот день, когда Мерака отравили. Она была вампиршей, одной из них. Ее тело лежало на животе, а свернутая шея рванными кусками отходила от воротника. Тэята не мелочилась, когда попыталась оторвать голову предательнице. Если никто не найдет ее в течение часа, выпитая кровь испариться и убитую никто не сможет воскресить. В этом преимущество вампиров: на войне они были могущественны и пользовались преимуществом крови, излечивая раны из убитых врагов, воскрешая собратьев, вливая свежую кровь.
Сестры кинулись вперед, понимая, что их пути вновь разойдутся. И если старшая нисколько не была этому рада, но сейчас думала только о своем господине, то младшая не понимала – почему та пришла за ней? Они долго прожили порознь, связь была утеряна очень давно…
Тэята просто оставила своего господина, чтобы найти ее?
Очередные громкие крики из главного зала не предвещали ничего хорошего. Морриус явно привел не один отряд оборотней: он привел предателей королевской семьи, собратьев остальных вампиров.
Вой темных гончих прозвучал где–то высоко, на верхних этажах, но настолько громко, что, казалось, перепонки разорвутся вместе с трескающимися бокалами на праздничном столе.
***