День за днем Садр издавал новые указы. Увеличить налог на прибыль у дворян, забрать треть хозяйства и рабов у богатых, распустить двор монет и послов, назначить нового главнокомандующего войсками в Шааре, затем на западе Валлии, где бесновались кланы дроу.
Он создал Орден Палачей, карателей, которые уничтожали тех, кто отказывался служить Садру. Не долго новый король шел к такому поступку, он понимал, что за этим последует, однако, убив добрую сотню знати, никто не стал возражать ему. А советники, часть которых он все же сменил, двоих прилюдно сжег, потому что те возражали его политике, кивали и говорили, что он идет верным путем. Пускай так.
Все пустое, все ничего не значило. Только проклятая корона давила, словно терновый венец. Он никогда не хотел править, всегда отшучивался в разговоре с отцом, что отдаст корону Берташу или Мераку, что отцу еще рано на Туманные Острова. Но после его смерти принял трон, как единственное, правильное решение, ведь этого хотел отец. Ну, он напрямую говорил, что Садру просто придется стать королем и тот понимал, что его кандидатура не самая подходящая. Однако отец чтил традиции, а Садр решил, что в этом уступит мертвому королю.
Берташ стал его правой рукой, на удивления нисколько не претендуя на престол. Садр отдал ему все круги культистов, теперь их иерархия распределялась иначе. Первые три круга по–прежнему служили нуждам королевства, но и их ряды пришлось подчистить: добрая половина культистов служила дроу, поэтому всех без исключения казнили. Всех, на кого не показал Хайрон. Его он сделал мастеров Седьмого круга, самого главного для Садра. Этот круг занимался поиском фоллианта ведьм, поиском ответов, как найти Элен.
Третий и Четвертый круги теперь значились за воинами, которые обладали мощной магией. Они служили на границах, где шли ожесточенные бои. Пятый и Шестой круг тесно взаимодействовал с первыми двумя, но культисты этих кругов скорее действовали, как ассассины, уничтожая лазутчиков в королевстве.
–Ваше Величество, – незаметная вампирша, одна из его советниц, которую посоветовал Берташ, появилась за спиной.
–Прошу прощения, что отвлекаю Вас.
О, она вовсе не отвлекала, даже тогда, когда стонала под ним, даже когда Садр представлял вместо нее Элен, и уж тем более сейчас – скучный, никому не нужный праздник надвигающейся зимы и темных ночей.
–Что у тебя, Иллара?
Да, теперь он был королем, хотя во время коронации ничего не ощутил. Ни прилива сил, как это бывало в книгах и в описаниях отца, ни гордости, ни сбывшихся надежд. Но все обращались к нему подобающе, боялись не понравится, ведь иначе каждого могла постигнуть кара кровавых палачей престола.
–Две девушки, – она будто откашлялась, поправляя себя. – Две ведьмы говорят, что хотят видеть Вас.
Садр сразу выпрямился. Ведьмы? Здесь?
– Веди их в мои покои, – быстро проговорил король, не контролируя эмоции. Вампирша отчего–то медлила, на что Садр гневно крикнул. – Не медли, Иллара!
Она низко поклонилась и исчезла, а король, понимая, что даже музыка утихла, поднялся с престола.
–Праздник продолжается, дамы и господа! У меня появились неотложные дела.
Несколько десятков приглашенных, якобы преданных, низко склонились в поклоне. Садру было тошно видеть все их лица. Кто–то напрямую льстил ему, кто–то боялся, поэтому пытался понравится, но ни один вампир не желал ему перечить. Это бы грозило отрубанием головы и публичным сожжением, что и произошло с Равэнной, предательницей. И пускай пришлось казнить ее мужа, лучшего друга Садра, но простить подобное он не мог. Из–за нее оборотни нашли Элен, из–за нее ведьму потеряли снова. Точнее даже не потеряли, ведь известно, где она. Вот только вытащить ее оттуда невозможно.
Прежде чем король переместился в свои покои, он заметил взгляд Берташа и кивнул ему, надеясь, что брат последует за ним.