– Конечно, Рогнеда Велизаровна, – кивнула Селина. – Мы справимся сами, чай не маленькие, – подмигнула она мне. – Тем более, все модели согласованы с вами.
– Замечательно, – родственница бросила настороженный взгляд на меня и ушла.
– Дарьяна, мне кажется, или вы себя нехорошо чувствуете? – хмуро поинтересовалась швея, развешивая на воздушные плечики одежду.
– Как сама не своя, – согласилась я. – Меня какая-то апатия захватила, такое последний раз было, когда родители погибли, – вздох вырвался из груди и прозвучал так горестно, что выбил слезу.
– Но-но, не стоит плакать, – вытерла мне влажную дорожку швея. – Сочувствую о ранней потере родителей.
– Спасибо.
– Но мне не нравится твое состояние. Твои обстоятельства вызывают обычно злость, а не меланхолию. Если только каждый день не принимать успокоительные капли, заклинание ты бы почувствовала.
– Как и ромашку, пустырник, валериану, душицу и мяту, – сама мысль, что меня втихаря пичкают сонными травами, мне не понравилась, хотя это бы все объяснило. – А для такого состояния доза должна быть убойная.
– А ландыш и белокудренник?
– Убедили… А почему вы мне помогаете?
– Когда-то я чуть сама не совершила ошибку, выйдя замуж за нелюбимого, – мягко улыбнулась она. – Мне помог совершенно посторонний человек, сказав, что судьба даст мне шанс отблагодарить его. Его звали Картин Бейл.
– Он из четверки отца! – округлила я глаза.
– Судьба не промахивается, помни это, – усмехнулась женщина. – А теперь, пора примерить гвоздь программы, – и широким жестом она стянула чехол с белого платья.
Оно было прекрасно: жемчужный цвет, глубокое декольте, рукава-фонарики. А главное, что есть возможность отстегнуть часть подола спереди и карман, так мастерски спрятанный за складкой запаха сбоку.
– Какой оригинальный крой! – к нам вернулась бабушка. – Я всегда говорила, что вы, Селина, непревзойденный талант.
– Благодарю вас, Рогнеда Велизаровна. У вашей внучки отменный вкус, но, кажется, она себя нехорошо чувствует. Я сейчас помогу ей снять платье и спущусь к вам, – умело выпроводила ба моя неожиданная спасительница. – Не пей ничего кроме воды ближайшие дни, а вообще, лучше готовь сама. В еду можно много чего добавить, чтобы усмирить человека, и никакой амулет не распознает безобидное успокоительное зелье, даже если оно в больших количествах может сработать, как яд. Карман я зачаровала, поставь только печать ауры, чтобы достать вещь из него могла только ты или кто-то, кому ты доверяешь. И… Удачи тебе девочка. Я верю, что у тебя все сложится, как надо, иначе судьба бы нас не свела.
– Спасибо вам большое, Селина. Я никогда не забуду вашу помощь.
– На твоем пути встретиться человек, которому придется выплатить этот долг, – положила она мне ладонь на плечо. – Мир не кончается на наших знаниях. Прощай.
– До свидания, – покачала я головой, веря в то, что когда-нибудь я отплачу добром именно ей, а не кому-то чужому.
Глава 4
Дарьяна
Платье в шкафу стало и моей надеждой на спасение в последний момент, так как сумку взять я не могла, это было бы как минимум странно, а улетать совсем без вещей не хотелось. С другой стороны, если бы не неожиданная помощь Селины, то я просто отдала бы все, что пригодится парням. Они мне все равно ближе всех родных, даже в лекарскую лавку в лунные дни бегали, ни разу не пожаловавшись, что им неловко от подобного. В который раз поблагодарив судьбу, что послала мне таких друзей, вроде беспечных и местами дурашливых мальчишек, но в нужный момент становящихся серьезными магами и настоящими мужчинами, я отправилась на обед с бабушкой.
– Я рада, что сегодня ты составишь мне компанию, – улыбнулась она, н так настороженно, словно ждала подвоха.
И правильно ждала, после слов швеи я решила, что есть ту еду, которую мне приносят – не безопасно. К приготовленному завтраку даже не притронулась, спустившись на кухню и соорудив себе башню из бутербродов с зеленью и мясом, но на такой диете да сидя дома быстро разнесет, поэтому на обед я спустилась, справедливо полагая, что свою еду ба приправлять «особыми» ингредиентами не станет.
– Что-то я засиделась в четырех стенах комнаты, бабуль, а мы так редко с тобой видимся, – сонным голосом произнесла я, хотя на самом деле, «пропустив» утреннюю кашу с чаем, чувствовала себя немного бодрее.