— Кто Вам это сказал? — Вирт с силой сжал кресло.
— Зачем Вы мебель ломаете? — Возмутилась я услышав треск подлокотника. — Неважно… сказали…
— И Вы поверили?
— А что мне еще оставалось думать?! Что Вы решили благотворительностью заняться?
Вирт довольно долго молчал, а потом спросил.
— Я произвожу такое ужасное впечатление?
— Честно? — Мрачно спросила я.
Вирт замер, а потом медленно кивнул.
— Да! Я Вас совсем не понимаю. Зачем Вам все это нужно? Человек не меняется за неделю. Вы три года ненавидели меня, думаете, я слепая — от большой любви боевые заклятья не используют! Вирт вздрогнул, как — будто мой ответ причинил ему физическую боль.
— А теперь Вы приходите сюда и пытаетесь убедить, что все не так!
Магистр встал и отошел к камину; немного постоял, как — бы на что‑то решаясь, а потом резко повернулся.
— Минари, все действительно изменилось. Вы даже представить не можете насколько и как сильно я бы хотел вычеркнуть эти три года из Вашей памяти.
Вот это, я как раз очень хорошо могу представить. — Подумала я.
— Никогда не думал, что попаду в такое дурацкое положение. Это проклятье какое‑то! — В сердцах добавил он. — Бегаю за Вами, как мальчишка, а Вы меня как пса приблудного гоните.
— Ну, так не бегайте! — Не выдержала я. — Можно подумать, мне это нужно!
— Не могу… — Глухо ответил Вирт. — К сожалению, это уже не в моей власти.
— А в чьей? Ректора? — Не сдавалась я.
Вирт только отрицательно мотнул головой.
— Просто примите как данность, что всё для Вас изменилось.
— И кто это решил?! — Возмутилась я.
Вирт несколько мгновений прожигал меня взглядом, а потом сказал.
— Иначе я бы не смог Вас спасти.
И я замолчала сидя с открытым ртом.
— Почему? — Выдавила я.
— Потому что когда я пришел, Минари, Вы уже ушли за грань.
Он замолчал, а до меня никак не доходил смысл только что сказанных им слов. 'Что он имел в виду? Умерла?'
— Но ведь это невозможно. — Наконец прошептала я. — Оттуда невозможно вернутся.
— Одному, да. — Устало сказал Вирт. — Наверное, нужно было давно Вам все рассказать, хотя, думаю, что после моего рассказа Вы возненавидите меня еще сильнее.
— Что рассказать? — Испуганно прошептала я.
— Что Вы помните о том дне, когда… — Оборвал он вопрос, но я все равно поняла, о чем он.
— До того, как Вы меня ударили… — Вирт дернулся, — или после?
— После. — Шевельнул он одними губами.
— Ничего. Последнее что помню — крик учителя Кагга.
— Рассказать?
Я долго молчала. Почему‑то появилось ощущение, что я ничего не хочу знать.
— Не знаю…
Вирт подошел ко мне совсем близко и опустился передо мной на колени так, что наши глаза стали на одном уровне, а я отстранилась насколько позволяла спинка кресла.
— Мне плохо, Минари. Мне уже очень давно не было так плохо.
— Что же мне делать? — Как заведенная повторяла я.
— Прости меня, Минари, я все понимаю, я сволочь, но я умру за тебя. — Он достал кольцо. — Возьми, оно твое — это 'Сердце Вечности' — обручальное кольцо моей матери.
— Нет! — С ужасом опрянула я. — Простите меня, мне очень жаль, но, я не могу.
— Минари! — Чуть не крикнул Вирт. — Не может быть по — другому! Мы все равно уже связаны. Не мучь нас обоих.
— Я не могу! Вы что не понимаете, в каком я шоке? — Зарыдала я, а Вирт внезапно притянул меня к себе и обнял. Я попыталась вырваться, но он не пускал.
— Я сам в шоке, ты думаешь мне легче? Я много думал, но это единственный и поверь самый лучший выход.
— Я не могу. — Плакала я. — Я не люблю вас.
Вирт с мукой застонал и уткнулся мне в плечо.
— Все время перед глазами стоит, как ты упала, как Кагг орет, вокруг куча народу носится, а я понимаю, что ВСЕ! КОНЕЦ! Я УБИЛ ТЕБЯ! — Он вдруг с силой прижал меня к себе. — Я ненавижу себя, я чудовище, но я не могу без тебя.
— Что здесь происходит? — Раздался голос ректора у двери.
ЧАСТЬ вторая. Глава 1
Я сидела в кресле, уткнувшись подбородком в коленки и меня била дрожь.
Что же мне делать? Спрашивала я себя и не находила ответа. Безысходность — вот что я чувствовала. А еще я чувствовала себя обманутой.
Вирт клялся и божился, что не хотел этого, просто поддался соблазну, увидев мою ауру, как будто от этого мне было легче.
— Не наказывай меня так жестоко Минари, я сам наказал себя так, что уж дальше некуда. — Обернулся он ко мне уже в дверях, когда ректор практически силой оторвал его от меня и заставил уйти. — Прошу тебя не принимай поспешных решений, подумай. Ты добрая, хорошая, ты самая лучшая девушка из всех, что я когда‑либо встречал, ты поймешь меня и простишь.